— Не думаю, что она не последует за учителем, — невозмутимо ответила принцесса.

Минако с радостью наблюдает, как ее слова задели великого княжича. Девушка затеяла тонкую игру, лишь бы приобщиться к утерянным знаниям. Ее ничего не остановит! Она обязана своего добиться. Да, одной из причин ее согласия приехать в Российскую империю и разыграть спектакль невесты являлось то, что ей дозволили получить знания наряду с обычными людьми. А вот в Японской империи учиться в каком-нибудь престижном заведении не получалось. Преподаватели чуть ли ни ниц падали, даже если она что-то путала и неправильно отвечала, то не позволяли себе ей указать на ошибки. Приходилось самой науки познавать, что сделать очень сложно. А тут такой замечательный вариант! Еще и Александр Иванович перед ней не заискивает. Хотя, он и с Их Сиятельствами общается на равных, что удивительно. Странный он какой-то, но зато владеет забытой магией.

— Вот как? — произнес великий княжич, мысленно прикидывая, что такой вариант возможен, но для него неприемлем.

— Но повысить статус господина Воронова не так сложно, — улыбнулась Софья. — Нам известно, что он лишился всего, в том числе и титула, не совсем на законных основаниях. Учитывая его привязанность к Натали, он однозначно пойдет на уступки, чтобы позволить ей оказаться принятой в обществе. Учитывая все это, мы предлагаем, чтобы под твоим патронажем открылась какое-нибудь учебное заведение, где начнут преподавать и изучать забытую магию. Уверена, про перспективы говорить нет нужды.

— Интересное предложение, — великий княжич задумчиво посмотрел на невозмутимую Минако.

Максимилиан уверен, что именно принцессе принадлежит львиная доля в этой идее. Конечно, сестра свою лепту внесла, без этого тоже никуда. Необходимо все взвесить и прикинуть, в том числе и продумать, но в первом приближении все выглядит неплохо. Если получится, то и польза для империи окажется большой. Обязательно найдутся те, кто такому воспротивится, но без этого ни одно благое начинание не происходит.

Повествование от лица господина Воронова.

Когда работает профессионал за ним приятно наблюдать. Господин Лейбман понимал меня с полуслова, надрезы делал ровно такие какие требовались. Осторожно открывал доступ к осколку от заряда, а потом его извлекал. При этом, мне требовалось не оплошать и восстановить поврежденный нерв, успевая блокировать источник полковника. Вроде бы и действовали быстро, а закончили глубоко за полночь.

— Коллега, снимаю шляпу, — склонил голову Марк Захарович. — Не ожидал, что справимся.

— Взаимно, — выдохнул я. — Вы отличный хирург.

— Дело еще в магии, — он покачал головой, моя руки, — без вашего подхода с ней бы не совладал. Вы продемонстрировали удивительные плетения, направляя их из рун, про которые никогда не слышал. Уверен, такая методика спасла бы много жизней. Чем-то она напомнила темную магию, сочетающуюся со светлой.

— Главное результат, — отмахнулся я.

— Еще зависит какими способами он достигнут, — почему-то не согласился со мной хирург-целитель. — Как насчет того, чтобы отужинать, пропустить пару фужеров с коньяком и побеседовать?

— Увольте, — покачал я головой и снял халат, к которому добавил шапочку и марлевую маску, — вымотался, а завтра, точнее, уже сегодня, мне одного господина врачевать. Откладывать никак не могу, уже пришлось встречу переносить.

— Для пациентов это неприятно, — согласился Лейбман. — Позвольте полюбопытствовать, а почему не сложилось? Неужели кто-то потребовал вашего внимания?

Думаю, если бы он не устал, то такие вопросы не стал задавать. Все же это не совсем этично, но теперь отвечать необходимо, если промолчу, то потеряю в его глазах уважение.

— Общался с господином полковником, — кивнул в сторону операционной. — Аристарх Викторович не пожелал меня отпускать.

— Гм, простите за назойливость, — потер щеку Марк Захарович, потом прикрыл рот и зевнул, — но почему вы не объяснились и не ушли от господина Сбруева?

— А вы не догадываетесь? — хмыкнул я.

— Нет, — озадаченно посмотрел на меня целитель.

— Из камеры не так-то просто выйти.

— Вот это номер! — рассмеялся Лейбман. — Александр Иванович, прошу, дайте обещание, что эту историю расскажите в деталях. Чтобы своего тюремщика спасать от неминуемой смерти, такого не припомню!

— При случае мы обязательно это обсудим, если господин полковник не станет возражать, — кивнул я.

На этом мы с хирургом-целителем этот разговор завершили, в том числе и благодаря жандарму, на которого закончило воздействовать мое сонное плетение, а сестры милосердия не сообразили дать снотворного. Нет, ни в коей мере последних не виню, им распоряжений Лейбман не давал.

— Господа, что со мной? — ощупывая перевязанную шею с затылком и плечо, спросил Сбруев, когда мы к нему вернулись по просьбе сестры милосердия.