Шрифт:
По мере моего монолога Тарлиза все больше отводила глаза в сторону. Местные умели так делать. Смотреть одновременно прямо и в бок. Такое движение сделанное мельком означало легкое сомнение и легкое же безразличие – что-то вроде пожимая плечами у нас. Но вот долгий взгляд значил недоверие. И чем дольше я говорил, тем сильнее меня это злило. Жизнь совсем не обещала мне справедливости. В моем свидетельстве о рождении не было ни строчки на этот счет. Но тем не менее я чувствовал себя обманутым. Я помогал отряду, как мог, я раскрыл почти все свои секреты сначала Савойе, а теперь и Тарлизе. Но все равно мне не верили.
Только когда я сказал про Красное Слово, выражение лица принцессы изменилось. Она вдруг снова вздернула брови.
– Ты согласен на Красное Слово?
– Да! – рявкнул я в ответ.
– Но…
Она вдруг замолчала. Глаза ее странно дернулись внутрь, и она зачем-то оглянулась по сторонам. Это что еще значит?!
– Гавра, Кирил…
Это было последний каплей. Раньше я еще сдерживался, но тут у меня совсем ум за разум зашел. Сделав пару шагов к ней, я крикнул ей прямо в лицо:
– МЕНЯ! ЗОВУТ! КИРИЛЛ!!!
Глава 14
– …о поднятых, что они вообще существуют, узнал несколько недель назад. Там, откуда я родом, нет ни поднятых, ни Мертвых Королей! Даже манусов с катастрами нет! И я вообще не понимаю, что происходит! И вообще, мне кажется, я достаточно сделал, чтобы мне можно было доверять! Если бы я хотел навредить, то сделал бы это давно! Да, я видел замок, и на меня не нападают мертвецы, но это получилось само! Я для этого ничего не делал! Возможно, есть сотни людей, с которыми…
– Ни слову не верю, – думала Ила, слушая горячащегося Кирила.
– И правильно! – заверила Луиза.
– Обманщик. Уж теперь мог бы признаться.
– Вруны они такие, – прикрыла глаза Луиза. – Им лишь бы чугой кого-то назвать, а как самому правду сказать – не дождешься.
– Сам он чуг, – добавила Ила.
– Согокоголовый чуг, – поправила Луиза.
– Согокоголовый! – громко повторил Келин.
Принцесса бросила взгляд на Диану, но та никак происходящее не комментировала. Кажется, ее не так сильно, как их с Луизой, задела эта ложь Кирила. Впрочем, Диана всегда была сдержанней.
– …если не веришь, заколдуй меня уже этим Красным Словом, если это единственный способ доказать, что я не вру!!!
– Что? – это они произнесли одновременно с Дианой.
– На него не действует Красное Слово? – поразилась Ила. Она никогда о таком не слышала. И номме Гротрази и леона Серанора всегда говорили, что Красное Слово безотказно. Внутри разума против него могут быть оставлены закладки, которые убьют человека раньше, чем он успеет ответить на вопросы, но заклятие сработает все равно. Если бы после его использования люди не теряли бы способностей видеть, слышать, говорить и думать, то его бы наверняка использовали чаще, чем Глаз Жуда.
– Ты согласен на Красное Слово? – произнесла Ила вслух.
– Да!
– Но…
– Он, кажется, не понимает, – произнесла вдруг Диана.
– Что?
– Я думаю, он не знает, что это за заклятие. Возможно, он не врет и про остальное.
– Очевидно, что он Мертвый Король! – воскликнула Луиза.
– Вдруг, он об этом не знает? – предположила Диана.
Ила хотела возразить, но осекалась. Как такое вообще возможно? Может ли тупорук не знать, что он тупорук? Ну, тупорук, наверное, может. А антист может не знать, что он антист? Сидеть в своей мастерской, перезаряжать катастры, разглядывать через глассы принесенные для починки султы, и думать, что он служащий надзора споров, например? Если он не сломанный, то вряд ли. Разве что он не знает языка, на котором с ним разговаривают. Кирил, кстати, не очень хорошо знал несс. Точнее, сейчас-то он уже сносно говорил, но несколько дней назад с этим было заметно хуже. Акцент оставался, но общению это не мешало.
– Человек с Островов Пекла мог бы делать амулеты и не знать, что он антист, – заметила Диана.
Ила вспомнила те странные катастры, что находили в карманах измененных в Синей Скале. Катастры, которые работали без магии. И Кирил сказал, что там, откуда он, нет ни катастров, ни манусов.
– Может, и Кенор Сутра был оттуда же, – произнесла она, подумав.
О детстве и юности предыдущего Мертвого Короля ничего не было известно.
– А еще, он просто может врать, – настаивала на своем Луиза.
– Да, – согласилась с ней Диана. – Такое тоже может быть.
– Так или иначе, он ведь все равно Мертвый Король?
– Скорей всего.
Ила мысленно прикрыла глаза. Даже если он не знает, даже если он говорил правду и хотел помочь, это ничего не меняло. Мертвый Король – это Мертвый Король. Это нельзя преодолеть.
– Гавра, Кирил… – начала более спокойным голосом, чем раньше.
– МЕНЯ! ЗОВУТ! КИРИЛЛ!!!
Он устремился прямо к ней, совершенно не ожидавшая этого Ила испуганно дернулась, но Кирил… то есть, Кирилл остановился всего в шаге, глядя на нее… очень зло. Черты его в целом располагающего лица заострились. Он вдруг показался ей на несколько кругов старше чем прежде.