Красивая. Он назвал меня красивой.

Ты должна собирать информацию, напомнила я себе. Вот только пока что в "L'Oscurita" не было никаких сведений. Возможно, Ашер Блэк и впрямь стал чист, а вместе с ним и его ресторан.

— Извините, — пробормотал мужчина. Он толкнул меня вперед, проходя мимо меня и ударяясь плечом о мою спину, и вышел за дверь.

Бастиан поймал меня, прежде чем я упала, но от этого движения он отпустил дверь, и мы оба оказались в ловушке в кладовой. О, боже. Я побежала за дверью, но она уже закрылась. В ловушке. С ним, как с любым другим человеком.

Мой кулак ударился о дверь, когда я закричала о помощи. Я снова подняла кулак, но он поймал его.

— Ты вывихнешь запястье, — объяснил он, потирая покраснение от первого удара. Было похоже, что ему не все равно. — У меня нет времени перекраивать расписание, потому что ты хочешь вести себя глупо и безрассудно.

Точно.

Вот он.

Настоящий он.

Я отдернула руку и зашагала по комнате. В основном потому, что у меня начиналась клаустрофобия из-за того, что он занимал так много места. Его рост составлял 195 сантиметром, а вес — не более 99 килограмм. Он не должен был занимать столько места, но он занимал.

— Ты сходишь с ума, — заметил он, непринужденно прислонившись к двери, запершей нас.

— Мы можем провести здесь всю ночь.

— Ты что, глупая?

Я остановилась и уставилась на него.

— Что, прости?

— Всегда сообщай кому-нибудь из своей смены, куда идешь, и не ходи в одиночку по безлюдным местам. — Он скрестил руки. — Два простых правила, которые существуют не просто так, но ты, похоже, не в состоянии их понять. Если бы я не пришел…

Я прервала его:

— Меня бы изнасиловал один из твоих постоянных клиентов, который любит общаться с твоими людьми. — Это был первый раз, когда я упомянула о его мафиозных делах. Тонко, но отсылка повисла в воздухе и заставила его сгуститься.

При слове "изнасилование" у Бастиана защекотало в челюсти, и он развел руками.

— С ним разберутся.

— Как? — Я знала, что он не собирается уличать себя в этом, но мне было искренне любопытно.

— Кое-кем у кого больше ума, чем у тебя. — В его словах не было обычного укора, но глаза смотрели с раздражением. Если бы это был кто-то другой, я бы сказала, что ему не все равно.

— Спасибо.

Я подозревала, что он не ожидал такого ответа, потому что он открыл рот, чтобы что-то сказать, но остановился.

Он кивнул головой.

— Не за что.

Я прислонила голову к одной из полок. Она впилась мне в кожу головы, но я проигнорировала жжение.

— Это было глупо. — Я знала, что могла бы взять того парня, но это нарушило бы мое прикрытие. Я не должна была ставить себя в такое положение. — В следующий раз буду осторожнее.

— Хорошо.

Отлично. Я оказалась в ловушке с неандертальцем. Я не могла воспринимать тишину или односложные ответы. Это было все равно что отправить длинное сообщение и получить в ответ "Ок". Так поступают только нецивилизованные люди.

Тишина поселилась в тесном пространстве. Я подумала о том, чтобы убрать хранилище, чтобы было чем заняться, но оно уже было убрано, поэтому я напевала мелодию "Jeopardy" и оглядывалась по сторонам в поисках чего-нибудь, что помогло бы нам выбраться отсюда.

Бумажные полотенца. Туалетная бумага. Бумага для принтера. Рулоны бумаги для квитанций. Бумажные салфетки. Прекрасно.

— Почему единорог? — спросил он.

Я повернулась к нему лицом, не уверенная, что правильно его расслышала.

— Что?

— Ты превратила мой стул в единорога. Почему в единорога?

— Потому что твоя сестра напоминает мне их. Она единственная в своем роде, красивая и стойкая. Она видит волшебство в жизни.

— Волшебство?

— Если ты не веришь в него, то никогда его не найдешь.

— Ты веришь в волшебство?

Он выглядел забавным, его лицо было наполнено снисходительным весельем. Его губы приподнялись в некоем подобии улыбки, и я поклялась, что у меня все сжалось. У него были ямочки. Две. Мне захотелось протянуть пальцы вверх и потыкать в них. Конечно, я никогда бы этого не сделала, поэтому яростно замотала головой.

— Не как волшебники и ведьмы, — пояснила я. — Я имею в виду, как Судьба и Рок. Что-то в этом роде.

— Из-за тебя мир кажется красивее, чем он есть.

— Забавно, если учесть, что я не вижу красоты, когда смотрю на него. Но твоя сестра видит.

— Она молода.

— Может быть. Но я бы хотела, чтобы эти розовые очки оставались на ней как можно дольше. Она смеется вслух, не стесняясь, говорит то, что чувствует сердцем, и думает только о хорошем. Люди, которые потеряли эти вещи, не осознают их ценности, пока они не исчезнут. Такие люди, как мы. Мы должны защищать тех, кто еще не потерял их, потому что только мы знаем.