– Эть какой живчик, – подумал про себя Василий, а вслух сказал:

– Молодец паря! Ты что мордвин?

– Да!

– Сразу видно не дегтем мазанный.

Иван заискивающим взглядом посмотрел на своего спасителя и, хитро сощурив глаза предложил:

–Дорога дальняя у нас, давай будем друг друга держаться.

– Об чем разговор, ежели ты предлагаешь, то я не против, – улыбнулся Василий.

– Всем грузиться на подводы! – раздался издалека зычный голос унтера.

Народ загудел, зашумел, зарыдали женщины и караван тронулся в сторону города.

Новобранцев повезли в Мариинск, но и там они задержались не на долго. Проводы были торжественные. На станционной площади играл духовой оркестр.

Сначала выступил с речью Земский начальник Метляев. Высокий, худощавый господин, в темно-синем френче, призвал новобранцев разбить на голову кайзеровские войска и с победой вернуться домой.

– За веру, царя и Отечество! – Закончил он свое выступление. Снял фуражку, перекрестился и вытер платком вспотевшую лысину. Мобилизованные оголив головы, в разнобой прокричали ура!

После него выступил уездный воинский начальник. Пожилой мужик, с пышными седыми усами и армейской фуражкой на голове,

– Вы идете на славный подвиг! – кричал он. – Не посрамите нашу сибирскую землю, побейте германцев. – Потом стал говорить о долге перед царем и Отечеством, о чести мундира.

– Чё-то я Вася не понимаю, о чем это он толмачит? – пожимая своими худыми плечами, пробурчал Иван.

– Я то же не пойму об чем разговор. Эть он нам олухам специально так балакает, чтобы у нас мозги набекрень свернулись и мы свое Отечество любили, а если надо, то без всякого сожаления и жизнь отдали бы за него.

В воздухе повисла тишина, новобранцы закрутили головами в ожидании дальнейших событий.

– По вагонам! – громко скомандовал поручик в зеленом кителе с золотыми погонами, ответственный за отправку и доставку пополнения в войска. Мобилизованные в спешке стали занимать места в вагонах-теплушках.

По прибытию во Львов, молодых солдат помыли в бане, переодели в новую форму. Василий стоял обутый в яловые сапоги, в галифе, гимнастерка была перетянута широким солдатским ремнем, на голове зеленая фуражка с кокардой.

– Ой Вася, в таком наряде и жениться можно, – засмеялся Иван, оглядывая земляка.

– А почему бы и нет, – ответил Василий. – Мы с тобой в деревне акромя холщевья ничего и не видели, а здесь все на модный манер сшито.

– Жалко в такой одеже в окопную грязь идти, но придется.

– Нам надо теперича о себе заботиться, а не форму беречь, – деловито сказал Василий и сунул привезенную из дома деревянную ложку за голенище.

– Ох ты ухарь какой, недурно придумал, – с нескрываемым удивлением заметил Иван, и сделал то же самое.

Молодое пополнение стали готовить к принятию присяги. Для начала взвод занимался строевой подготовкой. Через несколько дней Василий уже стрелял из трехлинейки по мишени. В один из воскресных дней, здесь же на площади, распределившись по ротам и взводам, молодые солдаты читали воинскую клятву на верность царю и Отечеству. После принятия присяги, погрузились в вагоны, доехали до польского города Жешув, а затем, свернув шинели в скатки, надев вещмешки и закинув винтовки через плечо, походным маршем отправились к линии фронта. Где-то далеко впереди слышалась артиллерийская стрельба.

На позиции, из армейской палатки к новобранцам вышел высокого роста полковник, в кителе сине-зеленого цвета, в фуражке с кокардой и белым околышем, блестящих золотых погонах, с шашкой на боку, в окружении других офицеров в гимнастерках защитного цвета.

Фамилии его Василий не разобрал, потому что Иван стоящий рядом сильно закашлялся, а только услышал, как тот громким командным голосом объявил, что служить они будут в 147-м пехотном Самарском полку, под его командованием. Его пухлые губы дергались под длинным носом, глаза настороженно оглядывали новое пополнение. Немного помолчав, он добавил, что наш полк входит в состав 37 пехотной дивизии, 8-й армии генерала Корнилова.

Василия с Иваном отправили служить в первый батальон, командиром которого был подполковник Кузнецов. Длинноногий командир батальона направил земляков в 1-ю роту. Высокий, безусый, с черными густыми волосами, подпоручик Гужев, глядя на новое пополнение, радостно потирал руки. Усталые, воспалённые глаза с интересом, разглядывали стоящих перед ним солдат.

– Сибиряки прибыли, – откровенно радовался он. – Теперь немчуре, проклятой хана, придет.

– Зря радуетесь, – возразил ему командир взвода унтер-офицер Лунев. – Который раз пытаемся Краков взять и все безуспешно.