— Скоро стемнеет, — недовольно буркнул Глава.

— Ничего, — спокойной ответила Джилл. — У наших людей есть очки ночного видения. Ночь нам не страшна.

Девушка стояла рядом с Бартом во главе своего отряда. Сама она была в белом костюме с пистолетом на поясе — её стандартная форма. Одной рукой она придерживала упёртый одним концом в землю аэроскейт. В другой держала шлем. Ни один мускул не дрогнул на лице госпожи. Она спокойна, как пантера перед прыжком. Сосредоточена, точно гонщик перед важным соревнованием.

— Юнико, при всей моей симпатии к тебе, ты должна признать, что твой план не удался. — продолжал нудеть над ухом Барт. — Никто не опустит тебе мост и не откроет ворота. Мы уже пол дня здесь торчим и ничего не происходит.

— Опустят и откроют, — Джилл не отрывала взгляд от крепости. — Сегодня день важного собрания. Ворота со вчерашнего вечера закрыли как только все гости прибыли. Боятся диверсии. Но это нам на руку. Так и задумано. Скоро отопрут, — повернулась она к нему и хитро улыбнулась. — Отопрут так, что вся Холли содрогнется!

Барт скептически покачал головой. Он в план не верил и знаком приказал своим находиться в голове. Глава не против пойти на штурм. Понятный и известный ему способ атаки.

Но штурм не понадобился. Как и сказала Джилл, мост опустили и ворота открыли.

Берберы, не теряя бдительности, начали перемещаться внутрь крепости. Джилл шла во главе, на ровне с Бартом. Её золотые глаза горели злым блеском, а яркие кудри развевались на холодном ветру. Оружие отряд держал наготове. Кто знает, что там за воротами?

Но оружие не понадобилось. Как только Джилл переступила условную границу, за которой начиналась территория крепости Харрисов, ей навстречу вышел начальник охраны, верный Виктору человек.

— Рады приветствовать Вас, госпожа. — стражник положил правую руку в область сердца и поклонился. — Ваш народ ждал вашего возвращения. — с этими словами он опустился на колени и сделал земной поклон. — Клянусь служить вам верой и правдой до конца моих дней, моя госпожа.

Остальные солдаты крепости и народ, собравшийся здесь, тоже опустились на колени и молитвенно вознесли руки к Джильде.

— Да здравствует Юнико! — раздался возглас.

— Мы клянёмся в верности, Юнико! — послышались выкрики со всех сторон. — Спаси нас, Юнико!

Приказывайте, госпожа! — вторили третьи. — Ваши рабы всё для вас сделают!

Джилл любовалась этой сценой почитания с таким же спокойным лицом, с каким смотрела на закрытые ворота. Никаких эмоций. Один лёд.

— А ты говорил, не откроют. — вполголоса шепнула она Барту.

— Я рад, что ошибся, госпожа. — сделал он акцент на последнем слове. У неё сейчас больше власти, чем у него, а Глава не привык быть на вторых ролях. — И что теперь прикажете, госпожа? — опять выделил он последнее слово.

— Вам — ничего. — ответила она. — Просто следите за входом и будьте в готовности.

— И всё? — не понял Барт. — Так просто?

— И всё. — подтвердила она. — Раз ворота открыли, значит всё сделано верно. Мои указания выполнены в точности. Сейчас осталось поставить финальную точку, но это уже не сложно. Дело техники, не более. Пойдём со мной. — Джилл передала аэроскейт и шлем одному из помощников и жестом пригласила Главу следовать за ней.

Хозяйка приблизилась к начальнику охраны, всё ещё стоящему на коленях.

— Поднимитесь, — приказала она. — Как ваше имя?

— Меня зовут Мартин, — офицер поднялся. — Мартин Болл.

— Мартин, значит? — переспросила она. — Отлично. Скажите мне, Мартин, все ли приспешники Ордена обезврежены?

— Да, моя госпожа. Извольте сами убедиться.

Мартин повел их с Бартом по улицам крепости. На дороге, по углам, по сторонам — везде валялись тела. Большинство в коричневых балахонах. Но были и обычные люди.

— Эти не подчинились? — рассматривала обычных Джилл, подойдя ближе.

— Эти люди не надёжны, — подтвердил Мартин. — Так решили ваши служанки. Они передали, что вы позволили им судить.

— Всё верно, всё верно. — Джилл осматривалась по сторонам. — Как же этих гадов много! — пнула она одно из тел.

— Юнико, — шепнул ей на ухо Барт, — что с этими людьми? Ты их отравила?

— И да, и нет. Они все приняли снотворное. Очень сильное снотворное и небезопасное. Так что… Но ты прав. Пора это дело заканчивать. Где мои служанки? — обратилась она к Мартину.