— «Если это врач, то прощай навсегда моя кукуха».

Прямо перед ним возвышалась на добрых метров семь исполинская женщина в ниспадающем одеянии в греческом стиле. Белоснежном, с багряной оторочкой. Одеяние было довольно закрытое, — видны были только руки ниже локтя, и шея, абсолютная белизна лица переходила в строго поджатые металлическо-синие губы и таяла факелом белого дыма чуть выше носа.

Вместо верхней половины головы получался этакий хвостик джинна наоборот. Но это не значит, что у этой дамы не было глаз, ещё как были, просто завались сколько глаз, — не меньше пары десятков, они располагались на двух металлических обручах, которые как атомные орбитали медленно вращались вокруг её головы.

Из-за спины этого создания вздымались шесть исполинских золотых крыльев, заслонявших собой половину зала.

Денису показалось, что металлические обручи вокруг головы этой великанши чуть замедлили своё вращение, а всё множество её глаз посмотрело прямо на него:

— «Преклони колени, ибо мои голосом говорит сама Богиня». — Зазвенела чужая мысль в голове Дэна.Но сейчас «звенела» она удивительно спокойно, даже буднично, не тревожа всё его существо как в прошлый раз.

— Я что умер? — Жалобно простонал Денис, — это был довольно очевидный вывод из наблюдаемого, но так хотелось ошибаться.

Губы женщины дрогнули и в этот раз, он услышал её голос:

— НА КОЛЕНИ ЧЕРВЬ! — Прогремел вызывающий оторопь глас, и колени Дениса, не дожидаясь команды от головы со всего маху впечатались в мраморные плиты пола.

— «Звезда коленям…». — Денис корчился на полу, шипя от боли, ему даже казалось, что он слышал, как что-то хрустнуло в момент удара.

Дама в белом по виду совершенно безучастная к состоянию Дениса, продолжила:

— «Богиня, в своей непостижимой милости решила даровать тебе форму и шанс на прощение ниспослав тебя в мир погибелью». — Звучало у него в голове. — «Протяни руки и прими свою книгу».

В этот раз Денис не стал дожидаться последствий повторения команды вслух, и поспешно протянул руки, практически тут же ощутив в них весомую тяжесть окованного металлом тома.

В руках у него буквально возникла из ничего здоровая книга, тяжёлая со страницами тёмного золота, сантиметров восемь толщиной, на одетом в золото переплёте была одна единственная багряная надпись:

«Книга Крови».

— «Выбери себе форму и впиши её в книгу. Когда ты закончишь, я появлюсь вновь и отвечу на один твой вопрос. Если ты не успеешь до истечения времени, выбор будет сделан за тебя».

Как только последняя фраза закончила звучать в голове Дениса, исполинская фигура напротив мгновенно исчезла. Без всяких спецэффектов, — раз и будто её тут не было никогда. После её исчезновения стало видно, что метрах в десяти за ней располагался большой алтарь из белого мрамора, на котором что-то лежало, что-то небольшое. А прямо над алтарём неподвижно висели в воздухе большие песочные часы, верхний сосуд которых был полон сияющей золотом жидкости, по капле точившейся вниз, так что наверно их нужно было считать водяными часами:

— Надо понимать это и есть истечение времени. — Кривясь от боли простонал Денис, осторожно оглядываясь.

Зал был совершенно пуст, белый мрамор, окованные бронзой колонны, три арчатых свода вели вовне, один слева от алтаря, другой справа и один за спиной Дениса. По краям арок висели длиннющие стяги или гобелены, насыщено алого цвета они тянулись от пола до потолка, а примерно на середине у них располагался простой геометрический символ, — золотой круг с восемью сходящимися к центру линиями. И всё: колонны, проходы, стяги, алтарь, часы, ну и сам Денис по среди этой гулкой пустоты.

— Чёрт! — Денис попытался встать, — он хотел посмотреть, что там лежит на алтаре, но упал от дикой боли в коленях. — «Похоже совсем разбил, — в мясо».

На коленях его джинсов проступали тёмные влажные пятна. Он закатал их повыше, — и осмотрел кровавые ссадины, — выглядели они скверно.

— «Джинсы!» — До него вдруг дошло, что он вообще то был в своей одежде, — все шмотки были при нём!

Оставалась ещё призрачная надежда, что его просто мощно глючит: например, он мог разбить колени, когда его повело в коридоре, он мог упасть, а глюки, типа как сон, — подстроились и изобразили эту сцену с храмом и этой бабой шестикрылой. — Денис вроде видел что-то такое в полу юмористическом видосе про ветхозаветных ангелов.

— 'Щас позвоним добрым докторам сообщим что мозг вообще свело, — может, помогут. — Сам себе нашёптывал Дэн, морщась от боли пока выуживал из кармана сотовый.

Сотовый работал, но честно показывал, что связи нет, вообще, ни одной палочки. А ещё Денис заметил, пока возился с телефоном в надежде хоть смску отправить, что время на часах в телефоне не шло, — застыло на 23:12 и вообще не двигалось.

На последних каплях надежды Дэн запустил секундомер, — та же фигня: таймер не шёл, — показывал 00:00.