Мы долго барахтались у берега. Я убегала от него, он догонял и снова целовал меня. Наверное, в тот момент, Вадик тоже был счастлив, но я боялась спросить, он все равно превратил бы все в шутку.

Так мы и жили: плавали и загорали, а потом бежали в нашу комнату, чтобы упасть в объятия друг друга. Я похудела и загорела, лицо приобрело незнакомое мне взрослое выражение, а в глазах притаилась тайна.

На то время мне удалось отодвинуть от себя все проблемы, но однажды утром я проснулась раньше обычного с чувством тревоги. У нас заканчивались деньги, пора было возвращаться в Москву, а мне этого очень не хотелось. В плохом расположении духа я выбралась из постели и вышла в сад. Хозяйка, сдававшая нам комнату, поливала сад. Розы, темно-красные, розовые, желтые и белые, пышные, совсем непохожие на подмосковные показались мне прекрасны. Казалось, они впитали в себя всю красоту моря и солнца. До сих пор мы редко разговаривали с хозяйкой, лишь иногда я ловила на себе внимательный взгляд ее добрых глаз. Мария Васильевна – маленькая живая старушку с гладко зачесанными волосами, собранными в аккуратный пучок, чем-то напоминала мою бабушку.

– Какие у вас чудесные розы. «В Москве таких нет», —сказала я.

– В Москве, деточка, нет тепла, ни солнечного, ни душевного. Там другие люди и другие цветы.

– Это верно. Люди бледные, а розочки хилые. Нам всем не хватает солнца, – согласилась я. – И когда вы успеваете за ними ухаживать, их так у вас много?

– Ухаживать не самое сложное, с ними другая беда.

– Какая же?

– Никто не хочет их покупать. Кому нужны розы в южном городке, когда они растут в каждом саду? А жить-то надо. Пенсия маленькая, комнаты сдаются только в сезон, – Мария Васильевна положила шланг на землю и окинула взглядом свое хозяйство. – Вот, пытаюсь еще на цветах заработать, но получается плоховато.

– В Москву бы ваши розочки. У нас большой спрос на цветы, город огромный, праздников хватает.

– Да кто же повезет? – обреченно махнула рукой Мария Васильевна.

И тут замечательная мысль пришла мне в голову. Это был явно мой шанс, и я не собиралась его упустить. Только бы Вадик согласился. Но он не сможет отказаться, ему тоже нужны деньги. В любом случае, я его уговорю, главное – договориться с Марией Васильевной, решила я.

– Мария Васильевна, у меня есть идея как нам заработать на этом, – со всей серьезностью сказала я.

Мария Васильевна с удивлением посмотрела на меня.

– Тебе лет-то сколько? – спросила она меня.

– Не важно, сколько мне лет! Мне очень нужны деньги. – Женщина смерила меня недоверчивым взглядом. – Вы не пожалеете! – уверенно сказала я, поднимая вверх подбородок.

Мария Васильевна выключила воду и предложила присесть на скамейку.

– Мы с Вадимом будем продавать ваши розы в Москве, – начала я излагать свой первый в жизни коммерческий план. – Вадим, это мой парень, с которым мы снимаем комнату.

– Хороший парень. Любит тебя. Это видно, – вставила Мария Васильевна.

Я улыбнулась и продолжила:

– Мы оставляем здесь наши вещи, берем цветы, кладем их в чемоданы, прилетаем на самолете в Москву.… Ведь если их завернуть в мокрые тряпки с ними ничего не будет? «Они не завянут?» —спросила я.

– Не завянут.

– Мы прилетаем в Москву. Я знаю рынок, где хорошая торговля. Продаем розы, прилетаем сюда и делим деньги. И так можно делать постоянно, если это будет выгодно. И если будет достаточно цветов.

Мария Васильевна улыбнулась и спросила:

– А почему ты думаешь, что это будет выгодно?

– Одна знакомая так делала, мне рассказывала, – соврала я, не моргнув глазом.

– Ну, хорошо, допустим, что и так. А зачем тебе нужны деньги?

– Мама выходит замуж, а я не хочу жить с ними. Хочу стать самостоятельной, снять жилье и сама все покупать.

– И сколько тебе лет?

Я вздохнула, понимая, что теперь не имею права врать.

– Шестнадцать, но я чувствую себя гораздо старше.

– Шестнадцать! – Мария Васильевна была крайне удивлена. – Да кто же тебя отпустил сюда? Да еще с мальчиком. Я думала тебе восемнадцать. Господи, совсем, ребенок! – запричитала она. – И куда только родители смотрят?! А парню твоему сколько?

– Почти семнадцать.

Она всплеснула руками. В этот момент я испугалась, что она нас выгонит и стала ее успокаивать.

– Мы очень взрослые и самостоятельные, по умственному развитию опережаем своих сверстников.

– Хороша же я была, что даже паспортов не спросила. Господи, да что же это такое! – продолжала причитать старушка.

Я наблюдала за ней, моля бога, чтобы она успокоилась. Неожиданно она встрепенулась:

– А вдруг ребеночек будет? Ты хоть не беременна?

– Я не собираюсь иметь детей, и вообще, пока не хочу замуж. Единственное, о чем я мечтаю: добиться материальной независимости. И если вы мне поверите, не пожалеете. Я готова много работать. У нас все получится. Вы же не будете летать в Москву и обратно. Правда? А мы сможем.

– Не знаю, Вика, – Мария Васильевна смотрела на меня, пытаясь понять, можно ли принимать мое предложение всерьез.