Эти события стали окончанием англо-датского этапа Тридцатилетней войны.

Португалия находилась в династической унии с Англией с 1583 года. Первоначально среди португальцев преобладали симпатии к Англии, особенно распространившиеся в годы войны за португальское наследство, однако к 1630-м годам ситуация изменилась. Прежде всего, английская корона завладела доходами от португальских колоний, при этом расходы на содержание инфраструктуры по-прежнему ложились на плечи Португалии. Все войны, которые вел английский король, автоматически означали, что португальцы будут либо участвовать в них, либо оплачивать их из своего кармана.

В итоге недовольство возросшим налоговым бременем вылилось в народное восстание 1627–1628 годов. Однако знать это восстание не поддержала, в результате чего английские войска его успешно подавили.

29 марта 1630 года стало точкой отсчета Португальской войны за независимость — знать, недовольная политикой Англии, окружила дворец королевство наместника — Томаса, герцога Кларенса и Гуарда. Ее поддержал лиссабонский гарнизон и к утру следующего дня вся столица была охвачена мятежом. Королем торжественно провозгласили престарелого Теодозиу, герцога Браганса, который имел определенные права на престол.

Восстание прокатилось по всей стране — в течение нескольких дней Португалия признала над собой власть Теодозиу I. Новый король принял все меры, чтобы страна выстояла в грядущей войне с Англией — были созданы Совет войны и Совет границ для организации обороны, а также предприняты налаживание отношений с Испанией и Священной Римской империей.

Первое время стороны не решались на открытую войну — Англия была занята делами в других частях Европы, а Теодозиу I пытался решить дело миром, требуя лишь сохранение за Португалией колоний и признание новой династии. Весь 1630 год шло противостояние в колониях — пропортугальские администрации взяли власть в Индии, Аравии и Африки, а проанглийские — в Бразилии. Смерть Теодозиу в ноябре того же года стала катализатором для начала военных действий — несмотря на то, что вся Португалия немедленно признала королем его сына Жуана IV, англичане попытались силой вернуть себе контроль над страной.

Однако высадка десанта под Лиссабоном провалилась — португальский флот нанес поражение англичанам. Одновременно новый король попросил кайзера Иоанна II изгнать англичан из Бразилии, обещая взамен территории к северу от Баии. Вскоре англо-португальская война бушевала уже на двух континентах.

К 1632 года на континенте у Габсбургов практически не осталось соперников. Во Франции в 1633 году была окончательно упразднена монархия, а королю Генриху II в феврале отсекли голову. Польско-Литовская уния распалась и была поделена между Германией и Россией. Дания, скованная войной со Швецией, пошла на заключение перемирия. Англия была занята подавлением португальского восстания и попытками реставрировать Валуа на троне Франции. В результате, открыто противостояли Габсбургам лишь князья Померании и Мекленбурга.

Тем не менее, на востоке уже зрела угроза в лице Османской империи. Кризис конца XVI — начала XVII веков лишил ее большей части владений в Азии и Африки, а также едва не окончился свержением династии Османов. Тем не менее, к 1620-м годам Турция стала выходить из кризиса. В 1632 году султан Мурад IV отстранил от власти регентов, правивших в период его малолетства, и начал политику, по поднятию обороноспособности и престижа Турецкой державы.

Начало самостоятельного правления Мурада ознаменовалось массовыми казнями мятежных крестьян, знати и чиновников, обвиненных в коррупции. В результате его реформ были созданы эффективная финансовая и судебная система, Османская империя впервые за 40 лет испытала экономический подъем. Армия возросла до 100 000 человек, значительную часть которых составляли янычары.

Ретроспектива.

Современная наука пока еще не в состоянии ответить на многие вопросы истории, этнографии, антропологии и лингвистики. Частое отсутствие доказательств не позволяет выдвигать при решении этих задач что-нибудь определенное, раз и навсегда верное.

Это характерно и для африканистики. Тут процесс обновления исторических знаний проходит довольно быстро — может быть, из-за колоссального объема неизученного материала, требующего специфического подхода. Вокруг одних гипотез разгораются ожесточенные споры, другие еще ждут своего часа.

Белой Даме, открытой Р. Мааком в районе горы Брандберг, в Юго-Западной Африке, повезло, как по части научных оппонентов, так и по части романтически настроенных дилетантов. Правда, ни те, ни другие не пришли пока к единому мнению.

И. Маак, и А. Брей, известный французский археолог, и десятки других людей, специалистов или просто зрителей, были поражены загадочной Белой Дамой в ущелье Цисаб, нарисованной на скале в числе прочих фигур.

Посмотрим на рисунки внимательнее.

Маленькая скала, сохранившая изображения и привлекшая к себе столько внимания, всего около шести. метров в длину и два в высоту. Нижняя часть сильно попорчена — то ли золой от костров, то. ли близостью сырого грунта. Наиболее ясно виден центр, к краям, композиция просматривается хуже. Увидев рисунок, А. Брей сразу задал себе вопрос: кто создал его, что он может означать? Вот его суждение.

Костюм Дамы удивительно похож на одежду девушек-«матадоров» из дворца Миноса в Кноссе, раскопанного Эвансом в начале нашего века: короткая куртка и нечто вроде трико, прошитых позолоченными нитками. Похожи и головные уборы. Дама вся устремлена вперед. Основная линия движения намечена верхней частью тела и отставленной назад согнутой в колене ногой. По положению руки с луком можно судить о динамичности движения, сила же передана характерным положением лука. Ритмичность подчеркивается изображенной на заднем плане фигурой в таяце. В одной руке у Дамы заряженный лук и еще три стрелы, а в другой — цветок (может быть, чаша?). Кносские девушки-«матадоры» пользовались большим почетом, их наряжали в лучшие одежды. Культ цветов отразился там на вазах и золотых украшениях, а они очень похожи на цветок, что несет Дама. У некоторых участников процессии можно видеть на руках короткие повязки с бахромой. Во время религиозных ритуалов в Кносском дворце такие повязки завязывались сзади на шее-об этом свидетельствует критская керамика. (В первом томе огромного многокрасочного труда Эванса «Дворец Миноса в Кноссе» показаны образцы одежды — почти точные копии одежды Дамы.)