Так же мне следовало заработать ещё больше денег для открытия и развития новых технологий, позволяющих повысить мой боевой потенциал до максимума.

В мастерской Новака я смог заменить большую часть тела материалами на порядок лучшими, чем были в этом мире.

За триста лет непрерывной войны технологии эльдаров ушли далеко вперед. Особенно в том, что касалось прочных материалов и оружия уничтожения, а так же боевых киборгов, шагоходов и космических кораблей. Но пока я едва могу реализовать устаревшие технологии и только надеяться потом сделать что-то лучшее.

Мой силовой каркас стал на порядок прочнее, искусственные мышечные волокна — более прочными и эластичными, позволяя мне двигаться с грацией танцора и скоростью атлета. Прочная наружная броня спокойно держала все виды кинетических снарядов и большинство энергетических. Для этого мира, уже сейчас я стал неуязвимым богом войны. Основной скелет был испещрен множеством магических линий, по которым теперь без проблем циркулировала магическая энергия. Как только я найду в этом мире маго проводящий материал и заполню им эти линии, мои возможности возрастут многократно.

Новые энергетические батареи стали в двадцать раз мощнее и объемнее. При полном заряде я теперь мог двигаться в автономном режиме больше трех месяцев. Ну а после того, как я допишу специальный алгоритм их использования, возможно и до пяти месяцев автономной работы.

Госпожа казалась немного расстроенной. Мы уже так много успели здесь сделать, но так и не приблизились к разгадке тех дел, из-за которых приехали. Так что зацепка, полученная от Тома, оказалась как нельзя кстати.

Надо бы прикупить собственный транспорт. Всё время пользоваться такси мне показалось как-то унизительно. Но всё опять упиралось в деньги, которые было не так-то и просто заработать честным путем. Хотя бы пока наши патенты не начали действовать и приносить прибыль.

— Что узнал Том? — отключив все записывающие устройства внутри такси, спросил я.

— Техники наконец-то взломали личный терминал работорговца. Там они нашли одну интересную запись, касающуюся нашего дела. Как оказалось, неделю назад к нему обращался один человек с предложением продать ему маленькую девочку. Работорговец отказался, на тот момент дети ему были не нужны. Но контакты и сам разговор он записал и сохранил на всякий случай. Возможно, он бы его нам даже передал, не взорвись его голова при нашем появлении, — сообщила госпожа, не особо воодушевленная новой зацепкой.

— Значит, корпорация в этом деле не замешена. Но с другой стороны, если мы сможем поймать виновного, это позволит нам в скором времени вернуться обратно.

— Я смотрю, судьба маленькой девочки тебя совсем не тревожит, — с осуждением заметила госпожа.

— Если я буду переживать за каждого ребенка в этом мире, то не смогу выполнить своего предназначения, — искренне ответил я.

— И каково твоё истинное предназначение? — сосредоточив на мне взгляд своих обворожительных глаз, спросила госпожа.

— Служить вам, моя госпожа! — ответил я и удивился, насколько мои слова оказались искренними. Похоже, ритуал привязки действовал на мой разум значительно больше, чем я предполагал. По началу, я воспринимал ситуацию «слуга — госпожа», как некую ролевую игру, но со временем мои чувства стали более глубокими. Мне в самом деле доставляло удовольствие заботиться, оберегать и слушаться свою госпожу. В моей странной, во многом безумной и непредсказуемой жизни вдруг появился смысл. Ясный, понятный смысл. Дорогой мне человек, которого я должен был защищать. Женщина, которую я хотел сделать счастливой. Цели и желания которой стали моими желаниями. В некоторой степени это напоминало любовь. Но более возвышенную, без грамма похоти и эгоизма. И чем дольше я оказывался под этим действием этого странного ритуала, тем больше и глубже чувствовал эту безусловную любовь. Однако я не собирался прекращать. Было довольно забавно это чувствовать, и я собирался насладиться каждым мгновением.

— Теперь у нас есть личность преступника, так что найти его, лишь вопрос времени, — по удобнее устроившись в кресле и закрыв глаза, сказала госпожа.

— Я подключился к системе. Программа по распознаванию лиц уже работает, но результата пока нет. Несколько дней назад его видели недалеко от свалки, после этого в городе он не появлялся, — сообщил я.

— Тогда едем на свалку. Скажу Тому, чтобы ехал сразу туда, — не открывая глаза, сказала госпожа.

Отправив сообщение Тому, запросил фотографии территории свалки со спутника. Когда данные пришли, отправил их на анализ. Как оказалось, свалка была оживленным местом, где, кроме работников, находилось множество разнообразных отбросов общества. Только по фотографиям можно было увидеть пять больших лагерей, на территории которых стояла военная техника и больше десятка одиночных домов, укрепленных турелями, в которых обитали мусорные бандиты.

Эти люди опустились на социальное дно и отбросили человеческие законы и правила. Иногда они совершали дерзкие вылазки на территорию города за продуктами и предметами первой необходимости. Тогда нередко улицы города обагрялись кровью, от чего мусорных крыс не любили, но очень боялись. По уровню жестокости и безрассудности они были далеко впереди любой городской банды.

— Похоже, наш похититель прячется среди банд мусорщиков. Сомневаюсь, что местные власти выделят нам подмогу на этой территории.