Если судьба показала ему, где источник, это вовсе не значит, что он будет пить из него.

Естественно, прежде чем он стряхнет пыль Беллами-Холла со своих сапог, он разберется и с Пейшенс Деббингтон. Хорошая встряска пойдет ей на пользу. Он даст ей понять, что? маска ледяного осуждения не помешала ему увидеть ее насквозь.

Конечно, у него хватит ума остановиться на этом.

Покосившись на свою жертву, Вейн обратил внимание, что у нее кожа белая, бархатистая, нежная, с мягким золотистым оттенком. В это мгновение Пейшенс проглотила то, что было у нее во рту, и провела язычком по нижней губе. Розовая губка заблестела.

Вейн поспешно опустил глаза — и его взгляд наткнулся на огромные голубые глаза маленькой серой кошечки, известной под кличкой Мист. Она приходила и уходила когда ей вздумается и чаще всего жалась к Пейшенс. В настоящий момент она сидела рядом со стулом девушки и не мигая смотрела на Вейна, а он — на нее.

Тихо мяукнув, Мист встала, потянулась, прошла вперед и потерлась о его ноги. Вейн погладил ее по голове, потом провел рукой по спине. Мист выгнулась и довольно громко заурчала.

Урчание Мист услышал не только Вейн, но и Пейшенс. Она посмотрела вниз.

— Мист! — прошипела она. — Перестань приставать к мистеру Кинстеру.

— Она не пристает ко мне. — Поймав взгляд девушки, Вейн добавил: — Мне нравится, когда существа женского пола урчат от удовольствия.

Пейшенс, оторопев, досмотрела на него, а потом, нахмурившись, в тарелку.

— Ну, если она не надоедает вам…

Вейну понадобилось несколько секунд, чтобы собрата губы, расползающиеся в улыбке, и только после этою он заговорил с Эдит Суитинс.

Вскоре все встали. Минни, сопровождаемая Тиммз, возглавила шествие дам в гостиную. Пейшенс колебалась. Ее взгляд, отражавший и испуг, и неуверенность, задержался на Джерарде. Он же ничего не заметил. Вейн увидел, как губы ее сжались. Она едва не посмотрела в его сторону, но в последний миг сообразила, что он наблюдает за ней и ждет. Она вся напряглась, но глаз так и не подняла. Вейн отодвинул ее стул, и она, удостоив его высокомерным кивком, медленно последовала за Минни.

Нет, с такой скоростью ей не выиграть Гинеи!

Снова сев на свое место, Вейн улыбнулся Джерарду и ленивым жестом указал на стул справа от себя.

— Почему бы вам не перебраться сюда? Лицо юноши расплылось в восторженной улыбке, и он, счастливый, пересел на стул между Вейном и Эдгаром.

— Отличная идея. Можно говорить нормальным голосом и не кричать. — Эдмонд перебрался на стул Пейшенс.

Генерал тоже пересел, добродушно ворча себе что-то под нос. Уиттиком, подумал Вейн, предпочел бы сохранить дистанцию, но это было бы воспринято как явное оскорбление. Поэтому он примостился рядом с Эдгаром, но выглядел очень суровым.

Взяв графин, поставленный перед ним Мастерсом, Вейн поднял глаза и увидел Пейшенс, переминавшуюся с ноги на ногу у двери. Было совершенно очевидно, что ее мучают сомнениями. Вейн холодно посмотрел ей в глаза и надменно вскинул бровь. Пейшенс на секунду растерялась. Овладев собой, она расправила плечи и прошла в гостиную. Лакей закрыл за ней дверь.

Вейн ухмыльнулся и налил себе полный фужер. Когда графин вернулся к нему, сделав полный круг, все оживленно обсуждали наиболее вероятного победителя Гиней.

Эдгар вздохнул:

— Здесь, в Холле, у нас мало развлечений. — Он смущенно улыбнулся. — Почти все дни я провожу в библиотеке. Читаю биографии, знаете ли.

Уиттиком презрительно усмехнулся:

— Дилетант!

Эдгар покраснел, но ничем не показал, что услышал колкость.

— Библиотека очень большая. Я нашел несколько фамильных дневников и календарей. Чрезвычайно занимательно … в своем роде. — Слабое ударение, сделанное на трех последних словах, показало, что он гораздо больше джентльмен, чем Уиттиком.

Почувствовав это, Уиттиком поставил фужер на стол и покровительственным тоном обратился к Вейну:

— Осмелюсь предположить, что леди Беллами известила вас о моих глубоких изысканиях в области истории аббатства Колдчерч. Уверен, мои труды, когда будут закончены, послужат основанием для того, чтобы аббатство возродилось в качестве значимого центра духовной жизни.

— О да. — Эдмонд бесхитростно улыбнулся Уитгикому. — Только все это мертвое прошлое. А теперешний вид руин очень живописен. Они помогают мне обрести вдохновение.

Переведя взгляд с Эдмонда на Уиттикома, Вейн пришел к выводу, что это давний их спор. Эдмонд повернулся к нему, и он убедился в верности своих предположений, увидев в глазах того озорные искорки.

— Я пишу пьесу, навеянную видом руин. Действие тоже происходит на руинах.

— Кощунство! — прошипел Уиттиком. — Аббатство — это Божий дом, а не подмостки.

— Да, но это больше не аббатство, а груда старых камней. И они создают соответствующую атмосферу.

Уиттиком пренебрежительно захмыкал. Генерал тоже,