Что, безусловно, смутит ее… и еще больше взволнует. Он вызывал в ней какую-то особенную ответную реакцию… несмотря на раздражение от его деспотического вмешательства. Это было отчетливое новое чувство, которое она пока никак не могла оценить.

— Хэллоуз-Холл.

Люсинда взглянула на внушительные ворота, тенистую аллею, окаймленную вязами. Посыпанная гравием дорожка плавно вилась по невысокому кряжу, затем ныряла вниз, открывая живописный вид на холмистые лужайки и озеро, заросшее по краям камышами и окруженное большими деревьями.

— Как красиво! — воскликнула Хетер, восхищенно оглядываясь по сторонам.

Хэллоуз-Холл, относительно новое строение из желтоватого камня, возвышался на холме. Мимо парадного входа бежала аллея и поворачивала за угол. Вьющиеся растения цеплялись за камни длинными зелеными пальцами. Вокруг буйно цвели розы, с озера доносилось кряканье уток.

Дряхлый слуга подковылял к остановившейся двуколке.

— Кажется, мы уже видели вас на этой неделе, молодой господин.

Гэрри ухмыльнулся.

— Добрый вечер, Гриммз. Тетя дома?

— Да… дома… и будет очень рада видеть вас. Добрый вечер, — Гриммз снял шляпу перед Люсиндой и Хетер.

Люсинда ответила на приветствие рассеянной улыбкой. Хэллоуз-Холл расшевелил давно забытые воспоминания о ее жизни с родителями.

Гэрри спрыгнул с двуколки и помог дамам сойти. Люсинда задумчиво оглядывалась вокруг.

— Миссис Бэббакум, — позвал Гэрри. Люсинда вздрогнула. Затем, чуть скривившись и холодно взглянув на него, положила ладонь на его руку и позволила ему подвести себя к парадному входу.

Дверь распахнулась. Но открыл ее не дворецкий, чья импозантная фигура маячила в тени, а сухопарая женщина на добрых два дюйма выше Люсинды и гораздо тоньше ее.

— Гэрри, мой мальчик! Так и думала, что это ты. А кого это ты привез? — спросила она, глядя на Люсинду умными и проницательными темно-синими глазами. — Но о чем это я? Входите, входите.

И Эрминтруд, леди Хэллоуз, взмахом худой руки пригласила гостей в дом.

Люсинда, перешагнула порог и тотчас погрузилась в теплую домашнюю атмосферу со вкусом обставленной комнаты. Гэрри склонился над тетушкиной рукой, затем поцеловал в щеку.

— Тетя Эм, вы элегантны, как всегда, — сказал он, окидывая взглядом ее платье цвета топаза. Эм широко раскрыла глаза.

— Пустые комплименты? От тебя?

Гэрри предупреждающе сжал ее руку.

— Тетя, позвольте представить вам миссис Бэббакум. Колесо ее кареты сломалось недалеко от города. Она собиралась остановиться в городе, но я убедил ее передумать и любезно составить вам компанию.

— Отлично! — просияла Эм и взяла Люсинду за руку. — Моя дорогая, вы не знаете, как скучна временами жизнь в провинции. И Гэрри совершенно прав: вы, безусловно, не можете оставаться в городе во время скачек. Ни в коем случае. — Она взглянула на Хетер. — А это кто?

Люсинда представила Хетер, и та, радостно улыбаясь, присела в реверансе.

Эм протянула руку и приподняла голову Хетер за подбородок, чтобы получше разглядеть ее лицо.

— Хм, очень миленькая. Вы будете иметь успех в свете через год-два. — Отпустив девушку, Эм нахмурилась. — Бэббакум, Бэббакум… — Она посмотрела на Люсинду. — Не стаффордширские ли Бэббакумы?

— Йоркшир, — улыбнулась Люсинда и, увидев, как задумалась хозяйка, добавила: — До замужества меня звали Гиффорд.

— Гиффорд? — Глаза Эм, изучавшие Люсинду, медленно раскрылись. — Господи! Должно быть, дочь Мелроуза Гиффорда… Селия Паркс была вашей матерью?

Изумленная Люсинда утвердительно кивнула и тут же попала в объятия хозяйки дома.

— Господи, дитя… я знала вашего отца! — взволнованно воскликнула та. — Я была близкой подругой его старшей сестры, но знала всю семью. Естественно, после скандала мы почти ничего не слышали о Селии и Мелроузе, но они сообщили о вашем рождении. — Эм сморщила нос. — Правда, это ничего не изменило. Ваши дедушки и бабушки с обеих сторон повели себя слишком высокомерно.

Гэрри сощурился, с усилием осмысляя поток информации. Люсинда заметила и попыталась представить, что он чувствует, услышав о некоем старом скандале.

— Подумать только! — не унималась Эм. — Я и вообразить не могла, что увижу вас, дорогая. Не волнуйтесь, мало кто, кроме меня, вспомнит о делах минувших дней. Но вам придется рассказать мне все. — Эм умолкла, чтобы перевести дух. — Ну, достаточно! Ферпос отнесет багаж, а я провожу вас в ваши комнаты… но только после чая. Вам необходимо немного подкрепиться. Обед в шесть, так что спешить нет необходимости.