— Вернется, если связан с тобой, — сказал Габриэль. — Иногда пыльные кролики образуют прочные связи с людьми. У моей кузины, Марлоу Джонс, есть дружок-пушок по имени Гибсон. Между ними определенно существует какая-то психическая связь.

— Я поняла одну вещь: пушки любят играть в прятки. Найти меня, возможно, было для Отиса не более чем игрой.

— Поживем, увидим.

Шпильки оказались не лучшей идеей в ее все еще неустойчивом пси-состоянии. Когда она споткнулась о кварцевую колонну, упавшую столетия назад, Габриэль поймал ее и снова подхватил на руки.

— Все хорошо, — сказал он. — Держу.

Он вынес ее из Мертвого города в зловещий желтый туман, окутывающий заброшенные здания города колониальной эпохи. До невидимой границы Зоны Шторма было недалеко. Паранормальный туман быстро рассеялся и совсем растаял, когда они достигли окраины.

Габриэль прошел сквозь остатки тумана и попал прямо в сияние ослепляющих вспышек камеры. Сразу за Зоной ждала толпа журналистов и зевак.

Люси застонала. — Боже, так неловко.

— Не беспокойся об этом, — сказал Габриэль. Он шел сквозь толпу с Люси на руках. — Обо всем забудут через двадцать четыре часа. Сенсация одного дня.

— Теперь ты можешь меня опустить.

— Уверена?

— Абсолютно.

Габриэль осторожно поставил ее на ноги.

— Люси, Люси, ты в порядке?

Люси посмотрела на молодого человека, бегущего к ней. Он был одет в кожаную куртку, джинсы и кроссовки. Под мышкой у него был шлем от рез-байка.

— Привет, Бегунок, — сказала она. — Я в порядке.

— Я и моя команда искали тебя повсюду в Темной Зоне. Подумали, что ты, возможно, заблудилась по дороге домой.

— Спасибо, — сказала она. — Я оказалась в туннелях. Как видишь, меня нашел мистер Джонс.

Бегунок переключил свое внимание на Габриэля. — Меня зовут Бегунок, мистер Джонс. Я управляю службой доставки в Темной Зоне. Люси из этого района. Она постоянный клиент. Спасибо, что спас ее.

Габриэль улыбнулся Люси. — Всегда, пожалуйста.

Из толпы зевак крикнула женщина. — Люси, это я, Вероника. С тобой все в порядке? Мы так волновались.

— Я в порядке, — сказала Люси. — Увидимся дома.

— Люси, — крикнул мужчина. — Люси, дорогая, мы с твоей мамой очень волновались.

Люси наблюдала, как ее отец пробирался сквозь толпу журналистов и вспышки камер. Хейвуд Белл был выдающимся и успешным генеральным директором корпорации. Он вращался в кругах высшего сословия, которые были настолько близки к аристократическим, насколько это возможно в официально бесклассовом обществе. От него исходила сила и авторитет. Когда он шел сквозь толпу, она автоматически расступалась.

Он подошел к ней и притянул к себе, чтобы быстро обнять. — Ты хоть представляешь, как мы с Деборой испугались?

Как обычно, он дал понять, что его жена тоже обеспокоена, и, как обычно, Люси не удосужилась его поправить. Они оба знали правду. Если Дебору Белл и волновало исчезновение ее падчерицы, то только потому, что она была в ярости из-за огласки. То, что один из членов семьи Белл был прогнозистом погоды — карьера, которая была всего на пару ступеней выше профессии охотника за привидениями, — было уже само по себе плохо. То, что этот член семьи напился и заблудился в туннелях, было совершенно неприемлемо. Это, конечно, плохо отражалось на династии Белл.

Теоретически законы защищали детей, рожденных вне брака, в финансовом отношении, но они не могли стереть социальную стигму незаконнорожденности. Люси знала, что ей повезло. Когда ее мать умерла, ее отец привел тринадцатилетнюю дочь к себе домой. Многие дети в ее ситуации оказывались в детских домах или приемных семьях.

Справедливости ради, Дебора не была злой мачехой, как в сказке, но с самого начала было очевидно, что она никогда не сможет преодолеть унижение, от того, что ей пришлось позволить внебрачной дочери своего мужа жить под одной крышей с законными сыновьями.

Решение нашлось — школа-интернат. — Это выход для них обоих, — подумала Люси. Ей было ужасно одиноко в модной академии, которую она посещала, но им с Деборой не приходилось сидеть друг напротив друга за завтраком и ужином и притворяться, что у них все хорошо. Деборе не нужно было посещать школьные мероприятия или помогать своей падчерице решать проблемы, связанные с подростковым возрастом и становлением женщиной.

— Я в порядке, пап, — сказала Люси.