– Играми? - спросил Паво.

– Я скоро об этом скажу. Паллас попросил меня отправиться сюда раньше Императора и подготовить поместье к его приезду, а также разобраться в делах несчастного предыдущего владельца этой великолепной виллы, вероломного сенатора, который думал, что сможет перехитрить Клавдия.

В глазах помощника мелькнул зловещий огонек, от которого Паво вздрогнул.

– Сенатор заплатил цену за свое предательство, и его имущество было конфисковано после его смерти. У него было довольно много имущества и активов. Должен сказать, разбирать все это довольно утомительно.

– Просто скажи мне, чего ты хочешь, - процедил сквозь стиснутые зубы юный гладиатор.

Мурена изучал Паво взглядом охотника, выслеживающего дикого зверя.

– Интересно, ты пересмотрел мое щедрое предложение?

Паво инстинктивно сжал руки в кулаки: - Тут не о чем думать, - ответил он. - Клавдий - мой заклятый враг. Такой же как и ты, и тот другой предательский греческий ублюдок, Паллас.

Мурена уставилась на Паво с едва скрываемой яростью.

– Твою наглость я долго терпеть не буду! Я купил тебя у этого расточительного ланисты в Пестуме от имени Имперской казны. Теперь ты служишь Клавдию. И как представитель его Императорского Величества, ты будешь обращаться ко мне с такой же учтивостью и уважением, как если бы ты разговаривал с самим Императором!

– Я буду считать тебя именно тем, кто ты есть, - с горечью ответил Паво.
– Коварный грек, который выполняет приказы слюнявого старого дурака в пурпурной тоге.

Имперский вольноотпущенник открыл было рот, чтобы ответить, но быстро сдержался.
– Хорошо, развлекайся. Называйте меня любыми именами, которые тебя забавляют. Ничто не изменит того факта, что теперь ты принадлежишь мне и будешь делать все, что я захочу.

Паво молча смотрел на помощника.

– Есть еще одна причина, по которой я послал за тобой, - продолжила Мурена.
– С момента нашего последнего разговора ситуация изменилась.

– Что ты имеешь в виду?
– спросил Паво.

– Империя в опасности, и нам нужна твоя помощь, чтобы спасти ее.

Молодой гладиатор выглядел озадаченным, когда Мурена продолжил.

– То, что я собираюсь тебе сказать, строго между нами. В стенах Рима действует тайная сеть предателей. Не обычные пускающие слюни старые дураки в Сенате. Это гораздо более опасная группа. Они называют себя Освободителями. Они полны решимости свергнуть Клавдия и вернуть Рим к темным дням Республики.

– Ну, и что, - равнодушно ответил Паво.

– Здесь на карту поставлены более важные вещи, чем твое несогласие с Клавдием, - отрезал Мурена. Его голос пропитан страхом, подумал Паво. – Э ти Освободители представляют серьезную угрозу будущей стабильности Рима. Мы должны сокрушить группу, прежде чем у них появится шанс создать массовую поддержку против Императора. Помощник коротко улыбнулся Паво. - Это подводит меня к теме Игр, которые пройдут в амфитеатре Статилия Тавра в следующем месяце.

Паво бесстрастно переварил новость. Реклама зрелищной серии Игр не было чем-то новым. Это стало своего рода традицией для недавно коронованных императоров с тех пор, как Август начал устраивать бои гладиаторов исключительно для того, чтобы развлечь обеспокоенную толпу.

– Клавдий намерен сделать объявление на Играх. Ливия должна быть обожествлена.

– Она должна стать богом? - удивленно пробормотал Паво.

– Верно. Клавдий давно хотел обожествить свою бабушку. Ее обожествление подчеркнет божественную родословную, простирающуюся от Августа до Тиберия и Клавдия, пробуждая воспоминания о Золотом веке.

– Звучит как циничная тактика, чтобы завоевать одобрение толпы.

– Это Рим. Конечно, это цинично.- Мурена выглядел довольным собой.
– Высокопоставленные лица со всей Империи соберутся, чтобы стать свидетелями гонок на колесницах на Марсовом поле и шествий на Форуме. На Арене утренняя охота на слонов и тигров сменится обычными распятиями и порками. Во второй половине дня ты и другие Имперские гладиаторы отправитесь на песок Арены . - Он поджал губы.
– Когда вы выйдете на Арену, вы должны поклониться Его Императорскому Величеству перед толпой и поклясться в своей бессмертной верности режиму.

– Никогда!
– Паво бушевал.
– Я не буду пятнать наследие моего отца. Кроме того, какая разница, что я покажусь публично, если Освободители захотят свергнуть Клавдия?

– Ты недооцениваешь свою репутацию. У Освободителей большие планы на тебя. Они считают, что ты очень хорошо подходишь для их целям.

– Откуда ты знаешь?

– В их рядах был мой шпион. К сожалению, его личность была разоблачена, и несчастный офицер умер насильственной смертью. - Мурена провел языком по деснам, словно пытаясь вытолкнуть кусочек еды.
– Я хочу сказать, что Освободителям нужен представитель. Образец для подражания, если хочешь. Они восхищались Титом за его откровенные республиканские взгляды, и как его единственный сын и наследник ты для них являешься продолжателем его идей. Освободители убеждены, что ты созрел для того, чтобы втянуть тебя в свои дела - популярную фигуру, способную увлечь за собой простых людей.