— За последние несколько лет четырех довольно важных членов посадили за решетку из-за прослушки и неосторожных электронных писем и поиска в Интернете. Обычное любительское дерьмо. Высшим чинам надоело терять хороших людей, которым они могли доверять, и они захотели привлечь кого-то, кто знал, что делает со всем этим дерьмом, чтобы защитить их.

— Но это, скорее всего, контрактная работа, просто дерьмо тут и там, — заключил Тиг. — Если он работает только неполный рабочий день, то ему нужно как-то пополнять свой доход.

— Так и есть, — согласилась Алекс.

— Но? — добавил Тиг.

— Но у Джошуа всегда был комплекс Бога. Он считает себя лучшим, а он определенно лучший, — согласилась она, — и ему нужно, чтобы люди целовали его задницу. Вот почему он всегда окружал себя низкопробными хакерами. Ему нравится властвовать над ними. Так что, может быть, он и получает долю от такой работы, но я гарантирую, что это больше для поклонения.

— Если это так, то он должен быть где-то в темной паутине. Ты искала его подпись? — спросила Джени.

— Я только сейчас начала искать, но могу поспорить, что мы найдем целую страницу, посвященную ему. И, — добавила она, бросив взгляд на Джени, — созданную им.

— А если вы его найдете? — спросила я, не понимая, в чем тут дело. То есть, конечно, он был плохим парнем. Он делал плохие вещи. Он был большой частью причины, по которой я потеряла кучу денег. Но не он выбрал меня в качестве жертвы. Нет, он предал личное доверие. Заслуживал ли он того, чтобы его посадили за решетку за то, что он сделал? Возможно. Но я не была слишком заинтересована в том, чтобы увидеть, как его посадят.

— Ну, мы просто собираемся очень мило поболтать, — сказала Джени, лукаво ухмыляясь. — Мы давно ждали воссоединения. Я хочу спросить его, как зажила его нога. Когда я видела его в последний раз, она плохо выглядела.

— Ты найдешь его, — согласился Тиг, кивая. — Но когда найдешь, скажи нам, и мы привезем его сюда.

— Тиг, правда, это не… — начала я, качая головой. Какая-то часть меня просто… закончила. С меня было достаточно со всем этим. Я все еще испытывала гнев и обиду, но это не меняло того факта, что я хотела двигаться дальше. У меня было достаточно взлетов и падений, чтобы продержаться долгое время.

«О, как пали сильные мира сего», — думала я, пока они продолжали спорить друг с другом. Бывали дни, когда я процветала в безумии; мне нравился каждый взлет и падение. И я бы сожрала все это.

Но что я могла сказать, я выросла. Я хотела поставить свою работу на ноги. Я хотела найти сотрудника, которому я могла бы доверять, чтобы мне не приходилось делать все самой. Я хотела повидаться с семьей. Я хотела, чтобы в шкафах Тига было получше. Я хотела, ну, остепениться.

Я никогда не думала, что увижу этот день.

Но дело было в том, что мне больше не нужны были эти порции адреналина, эти дикие и безумные ночи, чтобы чувствовать себя живой.

Потому что я была счастлива.

Я даже не чувствовала этого до того самого утра. Я стояла перед зеркалом в ванной комнате Тига, моя косметика была разбросана по всей поверхности, которую я достала из ящика, который он уже опустошил для меня. Мне даже не нужно было просить. Я провела кисточкой для макияжа по щеке и услышала, как Тиг выругался и оступился в спальне. Я посмотрела на себя и поняла, что сияю. Не ухмыляюсь. Не улыбаюсь. Я сияла. Просто потому, что я слышала, как он в другой комнате, будучи человеком, не делал ничего, что должно было бы заставить меня ухмыляться.

И как только я увидела его взгляд, я наконец-то почувствовала его. Он положительно вибрировал в каждой молекуле моего тела, заставлял мое сердце чувствовать, что оно расширяется по всей груди.

Счастье.

Это было то, что раньше я знала только в такие важные моменты. Такие моменты, как дни рождения, отличные свидания, потрясающий секс, день, когда я подписала договор аренды магазина, день, когда я наконец-то перестала терять деньги и получила прибыль. Это всегда было основано на больших вехах.

А не что-то такое обыденное, как выслушивание ругательств партнера в другой комнате.

И я не хотела все испортить. Я не хотела, чтобы между нами что-то встало. Я хотела просто иметь возможность… быть. Я хотела дать нашим отношениям шанс стать нормальными.

— Это нужно сделать, Кенз, — рассуждал он, бросая на меня мягкий взгляд, который говорил, что он полностью понимает, что у меня на уме. Может быть, и него тоже. Может быть, он просто смотрел на это иначе, чем я. Может быть, он думал, что мы никогда не сможем полностью успокоиться, пока Кас и Санти будут жить на мои деньги.