– Да, мне известно, что правая нога плохо гнется. Последствия старой травмы, но лечить мы не стали, на результат эксперимента это не влияет, а медикаменты у нас дорогие.

– Короче.

– Прежде чем ответить на ваши вопросы, позвольте мне начать. Мне нужно провести опрос. Ваше имя, отчество, фамилия?

– Иван Терентьевич Михайлов, – ответил я.

– Из какого вы года?

– Из тысяча девятьсот сорок девятого.

– Хм. – Тот оторвался от планшета, по которому, видимо, вел записи. – Проверка медиков показала, что вы отлично ладите с электроникой. Вам давали планшет, и вы работали с программами.

– Там не сложно, в иконки тыкал и открывал. Только времени и не было на планшете. Какой сейчас год?

– Чуть позже. Поясните, почему вам известно высокоразвитое оборудование? В тысяча девятьсот сорок девятом его точно не было, первые экземпляры появились около двухтысячных.

– Вы от меня что-то скрываете, так почему я должен быть откровенным? Давайте так: я отвечаю на ваш вопрос, потом вы на мой, я на ваш, и вы на мой. Пока мы не разберемся в этой непонятной ситуации.

У того на несколько секунд расфокусировалось зрение. Не похоже, что он задумался, больше похоже, что с кем-то общался. Снова посмотрев на меня, Борис кивнул:

– Хорошо, нас это устраивает.

– Нравится мне это ваше «нас». Ладно, начинайте. Можете первым задавать.

– Хорошо. Ваши настоящие имя, фамилия и отчество? Из какого вы времени?

– Из две тысячи девятнадцатого. Игорь Всеволодович Лисов. Моя очередь. Какой год?

– Триста восемьдесят восьмой от Большой Войны.

– Не понял? Я от Рождества Христова спрашивал.

– Это уже второй вопрос. Мы не используем старое времяисчисление. Моя очередь. Сколько лет вы прожили в новом теле после перемещения?

– В первом теле – тридцать пять лет, во втором – месяц и восемь дней.

– Вы два раза перемещались? – явно удивился мужчина.

– Это второй вопрос. Моя очередь. Вопрос тот же, но от Рождества Христова.

– Две тысячи четыреста восьмой от Рождества Христова.

– Ага, минус триста восемьдесят восемь, и будет… две тысячи двадцатый. И что там случилось? Это не вопрос, а мысли вслух, – быстро добавил я.

– Хорошо. Свой вопрос я повторю. Сколько перемещений было и в кого?

– Сначала – в Игоря Михайловича Волкова. Тысяча девятьсот четырнадцатый год, подпоручик, офицер. Перед самым началом Империалистической войны. Участвовал. Закончил графом и полковником гвардии. Погиб в тысяча девятьсот сорок девятом, когда началась Вторая мировая война, и переместился в тело своего ординарца, денщика и по совместительству адъютанта, казака тринадцати лет, Ивана Терентьевича Михайлова. Там и полтора месяца не прожил, как вы к себе выдернули. Хм, в будущее. Теперь мой вопрос. Что за Большая Война? Хотелось бы на мой вопрос получить более развернутый ответ.

Сотрудник СБ, что вел опрос, изрядно загрузился от моих ответов и на вопрос он отреагировал слабо. Похоже, снова на связи был, с кем-то общался, получая для меня новые вопросы или обсуждая последний ответ. Однако вскоре все же очнулся и сообщил:

– Слишком много времени может занять описание случившегося. Я вам чуть позже выдам служебный планшет, там все будет. Однако, если кратко, на вопрос отвечу. В конце две тысячи двадцатого случилась ядерная война. Ударили американцы по России, мы – в ответ. Тут и китайцы присоединились, били по нам и по ним. Да по всем. Как описывали фантасты, дошло до ядерной зимы, длилась она полгода, пока не осели мелкие частицы пепла и не потеплело. Однако Земля была заражена радиацией. Почти полностью. Выживали в бункерах. Выжило около двухсот миллионов, если всю Землю брать, половина из них – в России. Треть из них получили облучение. Чистые земли только в бывшей Сибири, немного в Африке, в Австралии и в Аргентине. Мы – поставщики продовольствия для всех остальных. Это и есть Большая Война. Все проиграли. Сейчас количество населения поднялось до полутора миллиардов.

– Ясно. Слушаю ваш вопрос.

– Как случилось второе перемещение? Без аппаратуры?

– Сам гадаю. Я летел на самолете. Нас сбили. На борту только Иван был. Предполагаю, по той причине, что он был ближе всех, меня и переместило. Другого ответа нет, я не специалист.

– Блуждающий странник, – промотал тот.

– Что?

– Это я не вам, это версия ученых. Мы на связи.

– Я это понял. У вас взгляд расфокусировывается, когда вы общаетесь с кем-то. Как вы это делаете? Вслух не говорите, микрофона и динамика не вижу, однако явно задаете вопросы и получаете ответы. Или не задаете?

– Это вопрос?

– Да.

– Задаю. Мысленно. Это новейшие технологии. Называется нейросеть. Уже сто пятьдесят лет используем. Мы превратили мечты писателей-фантастов в жизнь. У меня стоит нейросеть модели «Администратор-ПятьУ». Это значит пятого поколения, универсальная, для работы с большим объемом информации. СБ их тоже используют, в основном у следователей. Гражданским доступны пока не выше третьего.

– Ясно. Вопрос о космосе задам следующим. Слушаю ваш вопрос.

– В нашей истории не было начала Второй мировой войны в тысяча девятьсот сорок девятом, она началась в тысяча девятьсот сорок первом. Двадцать второго июня.