— Мы могли бы заняться и чем-то более важным, пока всем не до нас, — пробурчал Стефан, с таким положением дел не сильно согласный…Нельзя сказать, что далекому потомку Чингисхана обещание великой силы совсем уж затмило глаза, но с тех пор как он узнал об открывающейся перед ними уникальной возможности, тренироваться он стал намного больше чем раньше, а бегать за юбками — меньше. — Пусть ближайшая к нам армия демонов к Индии больше не движется, предпочитая догрызать по одному те города осман, которые рядом с ними еще остались, но это не может длиться вечно…А не они нападут, так джины пожалуют. Или вампиры приплывут под шумок поживиться, или ещё кто-нибудь…

— Для более важного сейчас все-таки немного не подходящий момент, — покачал головой Олег, вспоминая расположения затонувшего города атлантов. Тот располагался в Индийском океане вблизи того места, где в родном мире чародея пролегал бы Суэцкий канал. Ну, может не совсем там, но сотня километров в сторону роли не играла. За тысячелетия изменилось очень многое, но не расположение континентов, а потому возможность для кораблей не огибать всю Африку, а плыть напрямую, играла стратегическую роль как сейчас, так и тогда. Ну и прикрыли жившие в ту эпоху стратеги подобную артерию военной базой, может даже не одной… — Там мы не только с уже сильно обиженными на нас демонами повстречаться можем, там и другая их группировка в опасной близости окажется. Причем возглавляет ту группировку Червь Путей, что не только вполне себе активный темный бог, но и офигеть какой спец по пространственной магии, а значит, черта с два от него наши корабли убегут…Да и вообще в таком важном деле с подготовительной работой спешить не стоит или же инфернальные рати могут стать наименьшей из наших проблем.

Левиафаны были существами не сильно-то социальными, а их миролюбие примерно соответствовало кроткому нраву акулы, что не опасна для более мелких существ лишь только если она сыта…Однако эти устрашающие создания, по силе сопоставимые с архимагами, а может даже и языческими божками, были далеко не глупы. И определенный инстинкт заботы о потомстве у них имелся, как и понимание того, чем опасны представители человеческой расы. А потому люди, которые в силах тяжких и дуром сунулись бы в то место, где морские гиганты время от времени выводят свой молодняк, рисковали быть уничтожены ещё на подходе. Пронестись в облаках многопушечным летательным аппаратам над Яслями ещё бы получилось, пусть и не со стопроцентной гарантией, приводниться и выжить — нет. Да и пытающиеся вести себя незаметно в открытом море маленькие группки каких-нибудь диверсантов рисковали обнаружить на расстоянии вытянутой руки не только детенышей, иногда вылезающих из своего логова, дабы по собственной воле атаковать большие военные корабли и полакомиться находящимися внутри волшебниками, но и кого-то из ошивающихся поблизости взрослых монстров, готового оторвать слишком шустрой добыче лишние лапки. Возможно, обнаружить ближе чем хотелось бы получится не одного морского титана. Возможно, это будет даже некое подобие команды или стаи, умеющее действовать совместно… На поверхности моря или под ней спрятаться от бдительно изучающего округу левиафана, по определению являющегося архимагом-гидромантом под стероидами, было бы просто адски сложно. И в случае честного противостояния врагам подобного калибра в их родной среде шансы на выживание даже обладатели восьмого ранга действующие группой оценивали не сильно высоко. А свои личные возможности Олег и вовсе был бы склонен расценивать как сугубо отрицательные…Чтобы повысить их боевому магу потребовалось бы избавиться от летучих кораблей, доспехов, артефактов…Глядишь и не заметили бы титанические твари одного единственного человечка, поставив того на один уровень с мелкими рыбешками и планктоном.

Интерлюдия. Занято!

Дом на окраине молодого, но весьма быстро растущего города, сразу привлекал к себе внимание своим внешним видом. Квартал, который был построен меньше года назад, выглядел словно картинка: не успевшие толком потемнеть от времени светлые доски, выкрашенные свежей яркой краской, чистая черепица на крышах, в окнах блестят пусть мутноватые, но все же стекла, а сами здания и окружающие их заборы стоят как солдаты на параде…Посреди всего этого великолепия заметно покосившаяся халупа, чьи наклонившиеся в стороны и подпертые в паре мест бревнами стены поросли мхами и лишайниками, окна оказались заляпаны грязью, а двор зарос густым бурьяном, выглядела словно нищенка в драных лохмотьях, заявившаяся на бал в школу благородных девиц. К неприглядному облику данного хозяйства добавлялся стойкий запах тухлятины, идущий непонятно откуда, а также висящая лишь на одной петле входная дверь, покрытая следами громадных когтей и пятнами крови. Обладатель оных когтей валялся рядышком и истекал последними каплями темной практически черной жидкости из многочисленных ран, оставшихся после близкого знакомства с охотничьей двустволкой одного из соседей. Первым выстрелом чудовищу, напоминающему покрытую чешуей алую обезьяну, разворотили сразу грудь и живот, поскольку расходящаяся конусом крупная картечь наделала в трупе дюжину крупных сквозных дырок. Ну а вторым, проведенным видимо ради спокойствия души расправившегося с чудовищем сибиряка, монстру снесли верхушку башки, смахивающей сразу и на козлиную, и на собачью.

Здание, столь сильно отличающееся от окружающих построек, было окружено тройным кольцом людей. Первую линию составляли профессиональные солдаты в длинных кольчугах или вообще глухой броне, сжимающие многозарядные винтовки или зачарованные клинки, да вдобавок разбавленные некоторым количеством служителей церкви, а также жрецами языческих богов с ближайшего капища и боевыми магами. Вторую — обычные обыватели Буряного, проживающие поблизости и по собственной воле решившие подстраховать защитников порядка с тем, что нашлось у них в закромах: рогатинами, охотничьими луками, топорами, алебардами, боевыми молотами, ружьями, пистолетами, гранатами…Какой-то неловко ковыляющий на паре металлических протезов ветеран даже выкатил из сарайчика небольшую полевую пушку, и теперь был готов пустить в дело артиллерию, если малых калибров вдруг окажется недостаточно. И если зависший в небе над покосившимся домишком летучий корабль вдруг начнет безбожно мазать по той дряни, которая может скрываться внутри поросших плесенью и гнилью стен.

— Запомните, отроки, один из первых признаков наличия незарегистрированной ведьмы или самоучки-колдуна в сельской местности — это аномальное состояние растительности. Даже если сей нарушитель законов ни разу не друид, то результаты тренировок и экспериментов могут привести либо к гибели трав, грибов и цветов от ядовитых эманаций, либо напротив, к их буйному росту, ежели создаваемый энергетический фон окажется благоприятным. Вдобавок скверна в душе нередко проявляет себя небрежением в чистоте и отказом от соблюдения мирских приличий, из-за чего с подозрением стоит посматривать на те дома, что рушатся и зарастают грязью, а проверять их с утроенным тщанием. — Поучал десяток единообразно одетых молодых парней дородный служитель церкви, не сводя пристального взгляда с дверного проема. Покрытые старческими морщинами и пигментными пятнами, но еще крепкие руки надежно удерживали раструб оружия, являющегося одной из моделей ручного огнемета, но заправлено оно сейчас было не напалмом, а святой водой. — Причины, по которым якшающиеся с демонами колдуны становятся неряхами и ленивыми свиньями, делятся на две группы. Во-первых, человека уже морально сломленного и махнувшего рукой и на себя, и на окружающих, и на весь мир, силам зла проще своими посулами зацепить, ведь сия заблудшая душа ошибочно считает, что терять-то ей уже нечего. А во-вторых, даже тот еретик, который был полностью нормальным до того как связался с врагами рода человеческого, легко может в кратчайшие сроки стать полностью умалишенным или хотя бы малость поехавшим, не выдержав душевного напряжения от сотворения темных ритуалов, уверовав с собственное превосходство над людской моралью али просто отравившись какой-нибудь дурманящей дрянью, на которую так богаты нижние миры. Отрава может быть как умышленно подсунута ему каким-нибудь умным бесом специально, под видом чудо-снадобья, что обязательно сделает мощнее глупого чернокнижника, так и непроизвольно источаться ядовитыми железами призванных существ. Видел я как-то раз и случай, когда пыльца зело жуткой дряни растительной просто прилипла к копытам призванной суккубы, а потом испятнала собою простыни и так попала в организм колдуна к вящему огорчению самой демоницы, рассчитывавшей сего помершего от аллергической реакции идиота не подчинить, так сожрать…

— А что, после того как он внезапно помер, демоница его жрать побрезговала? — Уточнил один из воспитанников сиротского приюта, громко шмыгая простуженным носом. — Вы же вроде в прошлом месяца говорили, что всякие демоны жадны до человеческого мяса и прожорливы, куда там крысам, а потому даже суккуба состоянии сожрать без остатка улику в виде чьего-нибудь трупа, пусть даже он и будет весить больше неё…

— Говорил, и то чистая правда, — покивал бородатой головой один из наставников заведения, куда попадали те дети мужского пола, о которых ну вот вообще некому было в Буряном позаботиться. — Но свежий труп, пусть и принадлежавший начинающему колдуну, люб им все же меньше живой добычи при жизненной силе да душе, а потому демоница та покинула логово чернокнижника и отправилась на охоту, сжив со свету полторы дюжины домочадцев да просто случайных прохожих, ну а там её вскоре скрутили, допросили, да сожгли…

— В атаку! — Прогремел с летучего корабля приказ, и в следующее же мгновение посыпавшиеся оттуда бронированные фигуры пробили собою крышу здания, оказавшись внутри. И кого-то они там нашли, судя по начавшимся немедленно выстрелам, слышимой даже на улице ругани и громкому болезненному вою, издаваемому явно нечеловеческой глоткой. Солдаты, стоящие снаружи строения тоже рванули вперед. Кто через двери, кто через окна, какой-то не желающий ходить проторенными дорогами боевой маг так и вообще вырезал в покрытой мхом и плесенью стене большое отверстие при помощи водяного лезвия, зайдя внутрь с той стороны, откуда штурмующих точно никто не ожидал.