Слова с трудом достигали до Стеллы, она никак не могла понять, что происходит, ведь все было прекрасно, вчера он был так страстен с ней, а сегодня? Он же должен был сказать ей совсем другие слова?

— Но ты же говорил, что я твоя женщина? — она цеплялась за любую возможность.

— Я говорил, что ты женщина рядом со мной, но никогда не называл тебясвоей. Это большая разница. У меня есть женщина, моя жена и она мне дорога.

— Как? — у Стеллы вытянулось лицо. — Но… Ты же никогда не говорил, что женат.

— А что тебя не устраивает? Ты была рядом со мной, за что получала подарки. Моя жена с детьми проживает постоянно далеко за границей, а мне нужна была женщина.

— Но…но…, - она никак не могла подобрать слова. — Но это же подло.

— Что подлого ты видишь в наших отношениях?

— Ты пользовался мною.

— Да, пользовался, но за это ты получала огромные суммы, достаточные для того, чтобы беспечно жить. И подарками я не обижал тебя. Ты сама была согласна на такой формат общения. Я тебя позвал, ты пошла. Я разве тебе что-то предлагал, говорил, что у нас могут быть какие-то отношения кроме тех, которые были? Ты тоже пользовалась мною, моими деньгами, разве не так? Или ты полагала, что ради тебя брошу жену, семью, женюсь на тебе? Ты ошиблась, ты была рядом со мной, пока была мне нужна и за это ты получала хорошие деньги. Все украшения, которые я дарил тебе, оставь себе, забирать их не собираюсь, а это тоже очень хорошая сумма.

Стелла покачала головой, стараясь изо всех сил сдержать слезы. Обида рвала ее душу, кроила сердце в мелкие осколки. Снова захотелось как в детстве закричать, затопать ногами, но под его тяжелым взглядом она сжалась в комок.

— Ты чем не довольна? — спросил он ее голосом, в котором послышались рычащие нотки.

— Ты использовал меня, — снова прошептала она. И вдруг набралась смелости, вскинула голову: — А если твоя жена узнает, что ты ей изменяешь? Я могу послать ей пару наших фотографий. Как ты думаешь, ей понравится? Долго ли она захочет быть с тобой после этого? Я могу испортить той имидж, рассказать журналистом, какой ты подлый.

Она не успела замолчать, как Грэг схватил ее рукой за горло и придвинул к себе.

— Если ты только дернешься в сторону моей жены, то очень пожалеешь. Ты, наверное, уже поняла, что я никогда своих слов на ветер не бросаю. Только одно слово моей жене, любое поползновение в ее сторону и тебя больше никто не найдет.

— Но наши совместные фотографии есть в Сети, как ты это объяснишь жене? — она хрипела, стараясь освободиться из его захвата.

Он откинул ее от себя так, что она не удержалась и упала на спину.

— Я думал, ты умнее, а ты как все продажные девки. Моя жена знает, что я всегда нанимаю девок из эскорта, когда иду на нужные встречи. А ты подумала, что это что-то значит, что я влюбился в тебя? Нет, дорогая, только бизнес и секс, ничего больше, — он покачал головой. — Хотел тебе еще перед расставанием роскошный подарок сделать, но понял, что обойдешься без него. Сейчас собирайся, скоро выезжаем.

Он резко поднялся с постели, взял ее смартфон, который лежал на тумбе, что-то просмотрел на нем, что-то сделал, бросил его на место и быстрым шагом ушел в свою комнату.

Стелла повернулась лицом в подушку и зарыдала. Она еще никогда так не плакала, как сегодня. Она выплакивала крушение всех своих надежд, она все испортила. Ведь он мог и передумать и продолжить встречаться с ней, осыпая ее деньгами и драгоценностями, а сейчас… У нее и так скопилось на карте такая сумма, которой хватит средне-статистической семье из четырех человек безбедно прожить, не работая, лет десять-пятнадцать. И она могла бы еще получить. А сейчас что? Ни мужа, ни богатого любовника. Ну почему она решила, что сможет победить этого мужчину, опасного зверя, сделать его своим? Он никогда не называл ее нежными словами, никогда не говорил, что она нравится ему, только высказывал комплимент и брал с собой на встречи. И вот почему он никогда не оставлял ее на ночь в своем доме.

Она смогла успокоиться только через полчаса, когда услышала, как служащие гостиницы вкатили столик, сервированный завтраком. Стелла поднялась, нашла свой телефон, включила его и с ужасом поняла, что вся информация на нем была стерта, удалены все номера телефонов ее контактов, все вкладки, все фотографии. Осталась никому не нужная железка.

Стелла нашла в себе силы одеться, позавтракать и сидела в своей комнате до тех пор, пока служащие отеля не стали выносить ее чемоданы из номера. Она поднялась и пошла за ними. Вещи Грэга были уже вынесены и загружены в такси. Она только успела увидеть, как он садится в эту машину и уезжает. Ее вещи загрузили в другое такси, она тоже села в машину, которая отвезла ее в аэропорт. Если сюда они летели на чартере, но сейчас ее проводили на обычный рейс. Грэг летел отдельно от нее. Вот так, без объяснений, без прощаний, просто отправил ее, как ненужную вещь багажом.

Она проревела всю дорогу, вызывая удивленные взгляды соседей по самолету. Родина встретила ее снегом и холодом. Она сама заказала себе такси, а так за эти два года привыкла уезжать домой на шикарных машинах Грэга.

Квартира встретила ее тишиной и пустотой. Она затащила чемоданы в комнату и бросила их в угол.

Возвращаться на работу к Инне Стелла не стала. Денег, чтобы безбедно жить и не задумываться о завтрашнем дне, ей хватало. Но она встретилась с бывшей начальницей, так как желание рассказать кому-нибудь все то, что происходило с ней в последние годы, жгло ее. Хотелось поддержки, чьего-то сочувствия, выплакаться в конце концов.