– Ему это нравится, - старается спрятать игрушку.

– Что ж, в таком случае я рада, что не узнала его предпочтений от него, - хмыкнула немного нервно и присела на кровать Дины.
– Потому что я точно не по этим штукам, и ничего бы не вышло. А вот вы двое созданы друг для друга, судя по всему.

– Блин, так стыдно. Прости, - обнимает и целует в щеку.
– Лучше расскажи, какие у вас планы друг на друга? Он хочет жениться? А дети? Он знает, что ты опасаешься этого?

– Сына просил, - хмыкнула.
– Я сказала, да, что не готова к детям. Пока больше ни о чем речи не шло.

– И тебя не пугает разница в возрасте?

– Сейчас, когда я сижу здесь с тобой, меня много чего пугает. Разница в возрасте, разница в статусе, то, что весь офис в курсе, что он был помолвлен, а я была девушкой его сына. Много подводных камней... Но когда я с ним, меня не пугает вообще ничего.

– Я восхищаюсь тобой, честно. Это как в омут с головой. Не знаешь, что именно ждёт тебя впереди.

Я видела, куда Дина положила игрушку, конечно же заметила ещё кое-что из арсенала, едва сдержала улыбку. Каждому свое.

– А давай сегодня устроим девичник? Вино, танцы и поплакать.

– Давай не плакать? Вино и танцы? Можем записать видео для обоих Новицких, пусть локти кусают, что такое пропустили?
– смеюсь.

– Сегодня ты только моя.
– фыркает Дина и обнимает меня крепко, крепко.

Я обнимаю ее в ответ. Я буду скучать по этому. Поэтому этот вечер только наш.

Не помню во сколько мы пошли спать. После часа точно. Утром на работе буду зевать и дразнить своего грозного босса тем, что не выспалась.

Проснулись с Диной кое как, позавтракали вместе и собрались. Трудно было поверить, что такие утра скоро закончатся и нам нужно будет расстаться. В офисе мы расходимся каждый на свое место. Я сразу иду делать кофе и широко зеваю, пока кофемашина урчит. Хорошо, что я не забыла про свой сюрприз для Новицкого. Надеюсь, отсутствие нижнего белья отвлечет его от того, что я не выспалась и слишком часто зеваю.

– Доброе утро, Артур...
– вхожу в его кабинет, как к себе домой, но вовремя замечаю Владимира Константиновича, и добавляю, - Данилович.

Следить зя языком нужно. Он все еще мой босс.

Подхожу к столу, ставлю кофе, слышу, как заместитель отчитывается:

– В общем, довез ее в целости и сохранности в школу, не волнуйся, ребенок отлично провел выходные.

Черт. У меня на несколько секунд делаются круглые глаза. Артур был со мной, Тим с Диной, а Полина?! Слава богу, что о ней было кому позаботиться.

– Это же её рук дело, правда, Владимир? А ты ее покрывал?

Вчера мне Артур рассказал, а потом показал фото бывшей. Я была неприятно удивлена, увидев их. Я была уверена, что Поля как-то замешана в этом и скопировала фото из моего телефона, но нет. Это были другие фото. Другой случай. И еще одна измена.

И сейчас Новицкий показывает другу снимки на своем телефоне. Владимир Константинович улыбается и пожимает плечами.

– Не могу знать, товарищ босс. Если это так вам важно, ищите доброжелателя.

Он почему-то поворачивает лицо ко мне.

Я лишь поджимаю губы и ничего не отвечаю. Я на словах рассказала Артуру то, что видела.

– Кофе, Владимир Константинович?
– улыбаюсь, соскакивая с темы.

Говорить про швабру точно не хочу. Даже в контексте ее разоблачения.

– Непременно, благодарю.

Я даже не успела выйти за дверь, как в спину прилетает:

– Есения Викторовна, вы сегодня прекрасно выглядите. Качественные выходные были?

Артур прокашлялся, но ничего не сказал вдогонку.

Думал словить на горяченьком? Так не пойдет.

Я оглянулась и со снисходительной улыбкой спросила:

– Хотите сказать, что обычно я выгляжу плохо?

– Смею признать... но что-то в этом роде. У вас прежде не было такого шарма и искры в глазах, уверенности и раскрепощенности. Похоже работа с Артуром Даниловичем идёт вам на пользу.

Артур улыбается, слушая товарища, но смотрит не на него, он изучает мои ноги, и ход его мыслей можно предугадать.

– Сверхурочные украшают, - улыбнулась ехидно.
– Сейчас кофе принесу.

Выхожу из кабинета и думаю, проверяет или Артур ему все рассказал. Спрошу позже, когда останемся наедине.

Возвращаюсь в кабинет, подношу чашку Владимиру Константиновичу и слегка склоняюсь, чтоб ее поставить. Зам босса не увидит ничего, кроме моей свесившийся пряди волос. Босс же увидит все. Обтянувшуюся на попе юбку, под которой нет белья, точно.