Парень шумно вздохнул и упал спиной обратно на диван. По Лою было видно, что тот за время своего отсутствия не делами занимался, а горе запивал. Медея совершенно не понимала, почему сын правителя вдруг решил находиться в четвертом секторе. «Может, он думает, что я никому не расскажу и поэтому не прячется?» — крутилась мысль у девушки, пялящейся на человека, отдавшего приказ убить Пса.

— Приятно, когда с кем-то можно поговорить свободно. — Его голова повернулась к Медее.

Она ненавидела его, но не могла сказать ему за что. Потому что это бы подвергло жизнь Эйкена новой опасности.

— Твои слова в зале, адресованные капитану, ты из-за них ушел? — Девушка старалась оставаться спокойной, но ее голос дрогнул.

Лой поморщился.

— Он меня бросил в самый ужасным момент в моей жизни. И не извинился за это. Как будто смерть Анисы пережить тяжело было только ему. Не могу с ним рядом находиться. — Лой усмехнулся. — Отец знал, как еще мне жизнь подпортить. Я просил Велиора, чтобы он не ставил меня к Эйкену в команду, но отцу плевать. Как и всегда.

Лой картинно развел руками. Те шумно приземлились на диван по разные стороны от него. Голубые мутные глаза сверлили потолок. Медее на секунду стало жаль Лоя. Сквозь его рассказ так и сочилось одиночество и чувство ненужности.

— Что планируешь делать дальше? — задала девушка вопрос.

С лица Лоя сошла вся искренность. Оно вернулось к обычной надменности. Он повернулся на бок, подперев голову рукой, и весело произнес:

— Мой ответ зависит от того, на чьей ты стороне. Понимаю, отец дает тебе много плюшек, но ты не думала, что пора от него сепарироваться?

Медея не поняла, что парень имеет в виду. Лой долго смотрел на нее в ожидании и, не выдержав, скривил лицо. Он завалился обратно на спину и протянул:

— На твоем месте, я бы тоже выбрал отца. В конце концов, Фейт гораздо сильнее меня.

Девушка вздрогнула при упоминании имени родного отца. Она думала, что Лой говорил про службу Велиору.

— Если бы ты примкнула ко мне, то обойти Фейта стало бы проще. Он меня ужасно достал! С поимки брата Фейт так и лезет на мою территорию. Оторвать бы его загребущие лапы! — Лой злобно хлопнул по дивану.

Его рука отскочила от пестрой поверхности, прежде чем блондин успокоился. Медея подумала, что сын правителя тронулся умом. Но тот вдруг неожиданно ясно произнес:

— Прости, тебе, наверное, неприятно такое про отца слушать. Справедливости ради про моего можешь говорить, что хочешь.

— Лой, — медленно обратилась к парню Медея. — Ты употребляешь?

Она не верила, что тот придумал все это, будучи просто пьяным.

— Вредина, если я начну употреблять, имея неограниченный доступ к яду, то откинусь через два дня. — Он сказал это так, словно Медея не понимала очевидных вещей. — И да, я ненавижу зависимых и становиться одним из них не собираюсь.

Она недоуменно хлопала глазами. Слова Лоя смешались в непонятную кашу. «Кто такая Аниса? Почему Лой уверен, что Фейт жив? Почему тот делит территорию с бандой Грязного? И Лой что назвал Грязного своим братом?» — с этими мыслями Медея смотрела на Лоя.

Тот широко улыбнулся пялящейся на него и, поманив ее, произнес:

— Если тебе тоже нужно выговориться, я к твоим услугам. Пообнимаемся, и я готов вернуться к делам.

В его словах была несостыковка, и Медея спросила:

— Не думаешь, что Фейт послал меня убить тебя?

Лой закатил глаза и проворчал:

— Фейт считает меня плохим управленцем и не будет убивать, чтобы мое место случайно не занял сильный, по его мнению, человек. Проще бороться с тем, кого ты знаешь. А ты просто могла сказать, что не хочешь обниматься. — Лой чуть эмоциональнее добавил: — Отец с тобой вообще ничем не делится, раз о таких элементарных вещах мне приходится тебе рассказывать. Это еще один минус работы на него.

— Еще один? — вопрос вырвался из Медеи без ее разрешения.

— Да, главный это то, что будь ты на моей стороне, мы могли бы постоянно обниматься.

Слабо связный ответ Лоя говорил девушке, что, возможно, тот все же слишком пьян и доверять его словам не стоит.

Медея нашла Нила на рынке. Он стоял среди толпы, слушающей проповедь.

— Сомнения в нашей душе не должны сбивать нас с истинного пути, — гласил мужчина с камня. Говоривший возвышался над остальными. — Путь этот нам проложил Пророк. Он хочет, чтобы наши жизни стали лучше, а убеждения крепче. Отбросив пагубные привычки, мы сможем стать на светлую сторону. Каждая душа стремится к очищению. У каждого из нас близкие умирали от яда, так давайте же не позволим нашим детям повторить их путь.