— Об аркане крови, будь он не ладен, разумеется, — откликнулся я.

— Вот как? — озадаченно хмыкнул собеседник. — Но ведь еще утром вы в восторге были от замечательных преференций этого древнего ритуала. А после того, как сдавленное петлей виселицы горло восстановилось за считанные часы, даже щедрую премию мне выдали…

Да я и сейчас вполне им доволен! — загорлопанил в параллель с Жаком Каспер. — Дьявольщина! Ты че задумал, поганец?! Не смей там ничего вынюхивать!

— … Возможно, вы разочарованы незначительной долей участия аркана в недавнем пищевом отравлении, — продолжал меж тем увещевать меня месье Жак. — Но, заверяю вас, господин маркиз, и здесь ваша потрясающая живучесть, обретенная с арканом крови, сказалась в полной мере. Просто процесс ускоренного восстановления организма после отравления не столь нагляден, как при устранении последствий наружной травмы.

— Должно быть я не точно выразился. Я ничего не имею против аркана крови. И по-прежнему считаю его лучшим отцовским вложением капитала, — поспешил успокоить обоих оппонентов и продолжил, тщательно подбирая слова. — Наоборот. Мое обращение продиктовано беспокойством о возможной потере этого замечательного бон… то есть жизненно важного помощника.

Потери?..

— Потери?.. — в унисон удивились Каспер с лекарем.

— Ну да, — ухмыльнулся я. — Ведь в последнее время мне вон как жестко прилетает отовсюду. Вот я и подумал: а что если далекий потомок, согласившийся восемнадцать лет назад на условия аркана крови, теперь, разделив со мной боль и отчаянье серьезных и смертельно опасных ранений, возьмет и откажется от дальнейшего соблюдения взятых на себя обязательств.

— Теоретически это возможно, — огорошил неожиданным согласием месье Жак. Но тут же сам себе возразил: — Однако, практически реализовать подобное у вашего далекого потомка нет ни единого шанса. Потому что отказ от взятых на себя обязательств, в данном случае, подразумевает возвращение вам принятого восемнадцать лет назад потомком золота. А из будущего в прошлое его вернуть, сами понимаете, решительно невозможно. Более того, если связанный арканом крови потомок решит наложить на себя руки, в надежде столь радикальным способом разрушить связь между вами, то и тогда действие аркане не прекратится. А просто перенесется на наследника самоубийцы. Кстати, точно так же действие аркана перенесется на наследника и в случае естественной гибели — от какой-нибудь болезни, например — потомка, связанного с вами арканом крови.

— А в случае моей смерти? — задал я ключевой вопрос затеянного разговора.

Что за глупости? Ну вот к чему это?.. — зафыркал тут же под черепушкой Каспер.

— Связанный арканом крови потомок умрет одновременно с вами, — вынес суровый вердикт Каспер. Но тут же, как водится, поспешил подсластить горькую пилюлю: — Впрочем, в ближайшее десятилетие, как минимум, уверен, вам опасаться подобного исхода не стоит. Вы молоды, господин маркиз. У вас здоровое, сильное тело. Любые же хвори или ранения, за счет разделения их с потомком, утрачивают для вас смертоносную опасность.

Дьявольщина! Вот такой прогноз мне куда как больше по душе! — оттаял Каспер.

— Месье Жак, а если б, скажем, я сам, в одностороннем порядке, пожелал разрушить связывающий с потомком аркан крови…

Но я не желаю! — фыркнул охреневший от подобной подставы Каспер.

Увы, кроме меня, бедолагу никто не услышал. И я спокойно продолжил:

— … Ведь мне не нужно возвращать никому кровавый клад. Значит, со своей стороны, я легко могу разрушить связь с потомком?

— Безусловно, — пожал плечами собеседник. — Но зачем?

Незачем! Не надо! Дьявольщина! Я не желаю больше принимать в этом участия!… — верещал под черепушкой Каспер.

— Просто, любопытно. Прошу, расскажи: как мне это сделать?

Глава 23

— Сача, блин! Это че такое?! Почему простынь под нами насквозь мокрая?! — хриплый спросонья голос Кати мгновенно развеял поглотившую меня после очередного переноса сознания непроглядную черноту, и я обнаружил, что лежу в обнимку с девушкой в широкой кровати.

Почти одновременно с вернувшимся зрением я ощутил тычок ладонями в грудь и, отвалившись на край кровати, невольно застонал от острой вспышки боли в потревоженной правой руке.

— Боже! Это кровь!.. Сача, ты снова ранен! У нас вся кровать в твоей крови! — заистерила Кати через секунду, щелкнув выключателем ближайшего торшера и осветив спальню.

Что? Где? — заверещал под черепушкой проснувшийся Каспер. — Ааааа! Кровь! Я умираю!..

— Да царапина это, — фыркнул я раздраженно обоим паникерам. И про себя удрученно добавил: — «Похоже не сработало…»

Разумеется, месье Жак удовлетворил любопытство своего юного господина. Он заверил, что для разрушения в одностороннем порядке скрепленной арканом крови связи с далеким потомком мне необходимо просто искренне этого захотеть, озвучить желание и подкрепить свой выбор кровавой печатью — то бишь, ударив себя окровавленной ладонью в район солнечного сплетения (можно через одежду). Поскольку изначально аркан строился на крови юного маркиза, кровь на ладони (печати), конечно же, должна быть его (то есть нашей).