— Извини, — улыбается он мне в зеркале, — вот что я имел в виду, когда говорил, что ты слишком отвлекаешь.

Я поворачиваюсь к нему лицом и наблюдаю, как его взгляд задерживается на моей груди, а затем на моем лице.

— Может, мне не стоило приходить, — заявляю я, делая шаг к двери.

— Может, нам стоит сразу перейти к душу под открытым небом?

Как бы мне ни хотелось оказаться с ним в этом душе, я хочу больше поговорить о его панической атаке. Хочу убедиться, что с ним все в порядке, что он не смущен и не испытывает боли.

— Что случилось сегодня в воде? — спрашиваю я.

— Так прямо, — насмехается он, прежде чем присесть на соседнюю скамейку. — Иногда у меня бывают приступы паники.

— Иногда? Как часто это бывает?

Он делает небольшую паузу и берет в руки штангу, на каждом конце которой уже есть несколько гирь.

— Несколько раз в течение дня.

Мои брови нахмурились, когда я уставилась на него, а его глаза снова опустились.

— Гриффин, когда это происходит?

Он раздраженно морщит брови, но ничего не отвечает, поэтому я нажимаю сильнее.

— Всякий раз, когда ты в воде…

— Слушай, у меня все под контролем, так что можешь не беспокоиться об этом. Сегодня это случилось впервые под водой, и больше не повторится.

— Но если бы ты был один, все могло бы быть гораздо хуже…

— Ну, я был не один, — упрямо отвечает он, снова прерывая меня.

— На этот раз.

Он опускает штангу и потирает лицо, прежде чем встать.

— Думаю, ты права, возможно, это была ошибка. Не думаю, что смогу сегодня тренироваться.

Он выходит из зала, закрывая за собой дверь. Гриффин всегда бежит от диалогов, и, к сожалению, я могу сделать только то, что в моих силах. Вместо того чтобы вернуться в спальню, я решаю остаться и закончить тренировку, вымещая таким образом свое разочарование.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

ГРИФФИН

Прошло три дня с тех пор, как я в последний раз разговаривал с Элианой. Она полностью пропустила сегодняшнюю тренировку, чтобы поработать над своей кампанией. Я смотрю в окно, выходящее на океан, надеясь ее заметить. Как бы она ни отвлекала, когда появляется на тренировке, это ничто по сравнению с тем, как я отвлекаюсь, когда ее здесь нет.

Я провожу всю тренировку, пытаясь разглядеть Элиану через окно спальни, гадая что именно она делает, вместо того чтобы сосредоточиться на серфинге. Она как наркотик, от которого я зависим, так отчаянно желая протрезветь, но не готовый отказаться от кайфа.

— В эту пятницу у моей сестры важное соревнование. Если она победит, это может стать ее билетом в Мировой тур чемпионата, — говорит Зейл после нашей вечерней тренировки.

— Вау, это потрясающе, — отвечает Коа, приподнимая брови, — вы можете оказаться в туре вместе.

Чемпионат мира — это то, к чему мы все стремимся. Именно поэтому я вернулся раньше. Мы столько лет пытались попасть в него, и я не хочу, чтобы в этом году он ускользнул от нас.

— Да, неважно, — бесстрастно говорит Зейл, — я упоминаю об этом только потому, что она подтвердила, что тренер будет там, а значит, у нас будет свободный дом.

Мы с Коа смотрим друг на друга, а потом расплываемся в зеркальных ухмылках.

— Пляжная вечеринка? — спрашивает он.

— Пляжная вечеринка, — подтверждаю я.

Мы бежим обратно к берегу и ставим свои доски на песок, усаживаясь в круг. Малия и Кайри замечают нас с задней палубы и быстро направляются туда, присоединяясь к нам на песке.

— Ну, это выглядит подозрительно, — заявляет Мэл, занимая место между мной и Зейлом, не глядя на Коа, хотя его глаза прикованы к ней.

— Да, просто группа мальчишек случайно выскочила из воды, чтобы посидеть на песке, — хихикает Кайри, занимая место между Коа и Зейлом.

Зейл подхватывает ее настроение, и я замечаю, как глаза Кайри загораются, когда она смотрит в его сторону, лицо приобретает едва заметный розовый оттенок, а затем она возвращает взгляд на песок, где он рисует схему.

— Тренер уедет на выходные, поэтому мы решили устроить пляжную вечеринку, — объясняю я.

— О боже, как весело! — взволнованно говорит Кайри.

— Простите, что так быстро рушу ваши планы, но мы не можем устроить вечеринку здесь. — говорит Мэл, указывая в сторону дома.

Мы все смотрим в ту сторону, куда она указывает, и видим на стенах три блестящие новые камеры наблюдения. Зейл стонет от поражения и падает спиной на песок, раскинув руки в стороны от тела.

— Когда, черт возьми, он их установил? — хнычет он.