— Да, мы сделали все возможное, но и сама земля еще должна восстановиться после бедствия, — пробормотал Т’геллан, снова опускаясь на стул; он немного успокоился, но чувствовалось, что он расстроен.

— И чем же нам поможет наблюдение за небом? — спросил Ф’лар, поворачивая разговор в прежнее русло.

Д’рам откашлялся, прочищая горло:

— Во-первых, это успокоит Конклав; раз уж они считают, что всадники отвечают за все, что падает с неба, так пусть видят, что мы не пренебрегаем своими обязанностями: телескопы необходимы для того, чтобы мы знали, что происходит там, наверху. Во-вторых, — он помолчал, с легкой, не лишенной самодовольства улыбкой оглядев собравшихся, — если мы сделаем наблюдение за небом нашим ремеслом, то по окончании этого Оборота у нас будет новая профессия. Причем именно та, которая более всего подходит всадникам.

Воцарилось ошеломленное молчание: предводители Вейров переваривали заявление Д’рама.

Сидевший рядом с Д’рамом Лайтол широко улыбался: Лесса подумала, что впервые за много Оборотов она видит на его лице искреннюю улыбку. Д’рам тем временем продолжал:

— Создав нашу собственную профессию, мы существенно снизим напряжение и подозрительность холдеров и мастеров, которые боятся, что мы хотим узурпировать их традиционные ремесла.

— Ну, наблюдение за небом не сможет занять нас всех, — начал Г’денед, пылавший негодованием.

Ф’лессан рассмеялся:

— Не только нас всех, Г’денед, но и многих других, если мы займемся этим основательно, — в его глазах плясали веселые искорки. — Уже в результате первых наблюдений и отработки схем поиска в Хонсю мы получили снимки пояса астероидов.

— Схемы поиска? — нахмурившись, повторил Г’денед. Бросив короткий взгляд на Эррагона, Ф’лессан пояснил:

— Мы знаем, какие звезды в наших небесах занимают постоянное положение. Ищем же мы то, что движется между нами и этими звездами! Вот, смотрите! — Он выложил на Стол несколько снимков. — Вот этот видите?

— Я вижу какую-то короткую линию на черном фоне и расплывчатое пятно, — отодвигая снимок, проворчал Г’денед.

— Этот штрих, как мы выяснили, является астероидом. Мы назвали его «Алиана», — Ф’лессан склонил голову набок и улыбнулся той улыбкой, которой с детства привык скрывать глубокие чувства. — Тай подумала, что мы должны дать им имена вместо номеров, — а я подумал, что было бы хорошо назвать астероид в честь одной из первых всадниц. У нас их уже много…

— Чего — астероидов или всадниц? — спросила Лесса с одобрительной улыбкой; идея ей понравилась. Она видела, что Вансора и Эррагона также заинтересовало предложение давать небесным телам имена.

— И тех, и других.

— А откуда ты знаешь, что это астероид? — вмешался Г’денед, хмурясь еще больше.

— Ф’лессан сверил свои результаты с данными «Йоко» и Прибрежного холда, — ответил Эррагон.

— А это расплывчатое пятно, как ты его назвал, — альфа Креста. Альфа Креста — фиксированный астрономический объект, а астероиды движутся довольно быстро — вот потому и создается эффект расплывчатого пятна. Учитывая положение объекта в небе, мы можем определить, что это, и, изучая ночное небо и делая вот такие снимки, — Ф’лессан постучал пальцем по снимкам на столе, — мы можем узнать, какие астероиды находятся на опасно близком расстоянии от Перна.

— Тем не менее один из них упал на Перн! — оскорбленно заявил Г’денед.

Ф’лессан рассмеялся:

— Даже и не один.

— О, нет, только не надо говорить о Круглой станции скороходов! — замахал руками предводитель Иста-Вейра.

— Если мне будет позволено сказать, — голос Тай звучал так твердо, что к ней невольно обернулись все, — по данным архивов «Йоко», Огненный шар был первым небесным телом, падение которого на Перн имело такие катастрофические последствия.

— Совершенно справедливо, Тай. И до последнего момента мы не знали, произойдет ли столкновение: мы узнали это только в последние десять минут. Хотя Огненный шар, несомненно, двигался вокруг Перна по опасно близкой к планете орбите.

Для предводителей Вейров, живущих в глубине материка, это было новостью; Г’денед нахмурился еще сильнее.

Может быть, думала Лесса, стоило пригласить на это собрание М’ранда? Обычно он уравновешивал пессимистические взгляды Г’денеда…

— Сейчас у нас есть возможность подробно изучить записи «Йоко», — заговорил лорд Лайтол со скорбным выражением лица. — Огненный шар был виден на фоне пояса астероидов как яркая вспышка еще в конце Оборота.

— То есть когда мы занимались совершенно другими делами, — вставил Г’денед.

Лайтол с упреком взглянул на него и продолжал:

— «Йоко» зафиксировала его положение и угол движения по отношению к Перну, и теперь можно сделать вывод, что даже в то время, находясь в отдалении от Перна, этот объект представлял серьезную опасность.

— И каково же было его расстояние от нас, Лайтол? — спросила Лесса.

— От ста до четырехсот тысяч километров, госпожа Лесса, — с печальной улыбкой ответил Лайтол. — Если бы Перн находился чуть дальше, фрагмент кометы пошел бы мимо.