— Называй это как хочешь, Зак. Только не зли мою жену. Я сказал, что ты приведешь её, и она взволнована.

Я выгибаю бровь из — под рук и смотрю на него.

— Жену?

Он мило улыбается.

— По сути, да. К тому же, я вроде как пристрастился так говорить.

— Итак, позволь мне прояснить ситуацию, — Джон откидывается на спинку кресла в большой кабинке бара, в котором мы сидим последние три часа, постепенно пьянея. Это последняя ночь в Уистлере, и мы всё планировали пойти куда — нибудь, выпить, а потом лечь спать пораньше.

Пара кружек пива превратилась в несколько, и из ниоткуда появились две бутылки текилы вместе с двумя брюнетками и блондинкой. Я не могу сказать, что удивлен, что всё так обернулось, но я потрясен, увидев, что ни одна из девушек не сидит на коленях у Дженсена.

— Значит, ты никогда не трахался на публике? — объявляет Джон.

Наш начинающий нападающий Джесси делает глоток пива и пожимает плечами.

— Неа. Не все мы плейбои.

Джон бросает на него язвительный взгляд.

— Был.

— Прости, братан, — отвечает он и слегка морщится.

Мой затуманенный алкоголем мозг наполовину настроен на разговор, наполовину сосредоточен на том, как неудобно Дженсен ерзает на своем стуле, уставившись в телефон. Всю эту неделю он был тише обычного, и это нетрудно заметить, поскольку обычно его слышно отовсюду. Но сегодня вечером, я вижу, что — то не так, и как только разговор заходит о свадьбах, он выглядит так, словно предпочел бы быть где угодно, только не здесь.

Я сижу на краю кабинки, поэтому беру свое пиво и обхожу её, пока не оказываюсь рядом с Дженсеном, присаживаясь на свободный стул рядом с ним. Я не думаю, что брюнетке, которая сейчас восседает на члене нашего новичка — защитника, он понадобится.

— Что происходит, приятель?

Я смотрю на его телефон как раз в тот момент, когда он прячет экран и закрывает фотографию блондинки. Я не могу как следует разглядеть её, но могу сказать, что он не хочет, чтобы я это видел.

— Я просто ненавижу сегодняшний день.

Должно быть, на моём лице видно замешательство.

— Что ты имеешь против катания на гондолах и пьянки со своими друзьями?

Он проводит рукой по своим блестящим черным волосам.

— Нет, не день. Дату. Я чертовски ненавижу это дату.

Я определенно выгляжу сбитым с толку.

— Шестнадцатое июля?

Он кладет телефон в карман и, взяв ещё один бокал, выпивает содержимое одним глотком.

— Да.

Я хочу спросить ещё, и как только я открываю рот, чтобы сделать именно это, брюнетка, чье место я украл, решает, что хочет вернуть стул, и садится мне на колени. Её светловолосая подруга присоединяется к Дженсену.

— Он занят! — кричит Джон с другого конца стола, указывая своим бокалом в сторону цыпочки, которая проводит ногтями по моей груди. Глаза моего лучшего друга горят, когда он снова кричит. — Он, блядь, занят!

— И я не в настроении, — добавляет Дженсен, вставая со стула, блондинка чуть не падает с его колен на пол. — Я пойду. Увидимся утром, — он указывает на новичка — защитника, с которым живёт в одной комнате. — И я не хочу, чтобы сегодня вечером были незваные гости, — он поворачивается и уходит, распахивая дверь бара.

Я хочу пойти за ним, но сначала мне нужно убрать со своих колен моего очень нежеланного посетителя. Мысль о том, что какая — либо женщина, кроме Луны, прикасается ко мне, вызывает у меня тошноту.

— Он прав. Я занят.

Ложь, но, тем не менее, это полезная карта для игры.

Она поворачивает ко мне голову.

— Что? Я думала, ты и та влиятельная блондинка уже в прошлом. Она изменила, верно?

О, заткнись. Я выдвигаю свой стул и повторяю предыдущее движение Дженсена, когда встаю на ноги и отталкиваю её от себя, как будто её присутствие обжигает мне кожу. С таким же успехом она могла бы сделать это, поскольку невыносимое ощущение пронзает меня, разрывая внутренности. Стыд, унижение, гнев и раздражение.

— Ты ничего не знаешь о моей жизни. А теперь отвали от меня нахуй, — мой голос резок, когда я выплевываю свой ответ. Я знаю, что слишком остро отреагировал, но это всё, что я могу вынести. Это дерьмо жалит.

— Зак, чувак. Ты в порядке? — я слышу, как Джон зовет меня, когда направляюсь к выходу так быстро, как только могу.

— Всё отлично. Я тоже возвращаюсь в отель, — отвечаю я через плечо. Затем я вернусь в безопасную Флориду, но в основном к паре глаз кофейного цвета.

ГЛАВА 17