— Сейчас вы наблюдаете рождение нового — самого опасного в мире злодея. После смерти Все За Одного именно я занимаю его место, так что теперь именно я главное лицо злодейского мира. Сейчас вы слабы, как никогда раньше, и я мог бы воспользоваться вашей слабостью, чтобы уничтожить всю страну за раз, но, к счастью для вас, у меня есть другие планы. Поэтому, господа, я хочу сделать вам небольшое предупреждение, — проговорил Айкава, после чего ухмыльнулся. — Совсем скоро я покину Японию, отправившись в другие страны. Я буду совершенствоваться всё это время и становиться сильнее. За это же время вам нужно прийти в себя и организовать достойную защиту этой страны. Можете вновь построить оборону из героев, а можете готовиться сами. Мне плевать. Однако, господа, когда я вернусь сюда… вам лучше быть готовыми, — договорил Син и сбил камеру вниз, после чего трансляция тут же прекратилась.

Бакуго, Мидория и я вслушивались в каждое его слово, откладывая всё в своей памяти. Внутри нас бушевали злоба и гнев, и в тот момент мы хотели тут же направиться на место происшествия, поймать Сина и устроить ему самосуд. Всё это было, конечно, на эмоциях, но тот же Бакуго действительно собирался направиться прямо к Сину, но новость о том, что он уже успел скрыться, остановила его, ведь он понял, что не сможет его догнать.

В очередной раз мы оказались полностью разбиты. Все наши теории по поводу Айкавы оправдались, и от этого было вдвойне больнее, ведь мы ничего не сделали для того, чтобы предотвратить трагедию, что развернулась на наших глазах. Мы оказались слабы не только физически, но и морально, и наш уже бывший одноклассник не погрешил этим воспользоваться, демонстрируя нам, насколько мы бессильны и бесполезны перед лицом настоящей опасности.

Изуку больше не плакал. Теперь он лишь смотрел вперёд безжизненным взглядом, что отдавал невиданной ранее мрачностью с его стороны. Кацуки тоже был в таком же состоянии духа. Что касается меня, то я… ничего не чувствовал. Было чувство, будто бы я знал, что именно так всё и выйдет, потому и особых эмоций у меня не было. Странно, не правда ли? Откуда я мог знать, что это произойдёт? Почему я ничего не сделал для того, чтобы остановить Сина раньше? Почему никто из нас ничего не делал, чтобы разобраться с ним ещё тогда, когда это можно было сделать?

Почему никто из учителей не заметил странности в Айкаве? Почему самые сильные герои страны так быстро проиграли ему, даже не оказав сопротивления? Как он вообще смог провернуть подобное?

Вопросов было очень много, и для того, чтобы подобрать к каждому из них ответ, требовалось большое количество размышлений и обдумываний всего, что произошло с нами с начала учебного года.

— Я убью его, — неожиданно произнёс Кацуки, чем сильно удивил меня. — В следующий раз я его прикончу.

— Мы герои, Бакуго, — напомнил ему я. — В следующий раз мы его остановим, но пользоваться его же методами…

— Он поплатится за смерть Всемогущего, — также неожиданно произнёс Изуку. — Мы отомстим ему.

— Я понимаю, что вами сейчас управляют эмоции, но…

— Ничего ты не понимаешь, Киришима, — перебил меня Мидория. — А теперь помолчи, пожалуйста, пока мы не приняли более радикальные меры.

Мидория выглядел мрачно, словно тучи сгустились над его душой, затмевая свет солнца. Из его слов проскальзывала кровожадность, словно в его сердце вспыхнул огонь ненависти. Это было не похоже на него, на того Мидорию, которого я знал. Его голос звучал иначе, словно злоба и месть переплелись в его словах, отравляя воздух вокруг.

Мне стало не по себе, глядя на него. Как мог этот человек, которого мы все привыкли видеть всегда улыбающимся и добрым, высказывать подобные угрозы? Было ли это из-за эмоций? Или же дело в другом? Это был явный разрыв шаблона, когда образ Мидории, что я знал, рушился перед моими глазами, оставляя за собой мрачную пустоту.

Ничего в ответ я говорить ему не стал — в тот момент это было бесполезно. Нам всем нужно было прийти в себя, потому я отделился от их компании и направился домой, обдумывая в своей голове всё, что произошло.

Всё явно было не таким, каким мы его видели. Нужно было докопаться до сути, чтобы увидеть всю картину полностью.

Син не стал бы убивать Всемогущего просто так — у этого должна была быть причина;

Мы не могли начать ненавидеть Айкаву просто так — у этого должна была быть причина;

Все подозрения в сторону Сина не могли взяться просто так — у этого должна была быть причина;

Все грехи Айкавы и его странное поведение не должны были просто так остаться не замеченными — у этого должна быть причина.

И нам нужно было до всех этих причин докопаться, чтобы двигаться дальше.

Ведь дальше всё могло быть ещё хуже.

* * *

После того дня всё изменилось. Мы изменились. Больше того веселья и радостного настроя в нашем классе не наблюдалось — все стали мрачными, озлобленными и до жути пугающими. Этому были существенные причины, но от этого жить становилось не легче. Не было никаких намёков на то, что мы вернёмся к прежней жизни, и это больше всего давило на каждого из нас.

Бакуго и Мидорию было невозможно узнать. Оба были до неузнаваемости тихими и спокойными. Если Изуку раньше радовал всех своей лучезарной улыбкой, а Кацуки вечно на него ворчал, то сейчас… этого всего просто не было. Смерть кумира их детства сильно ударила по их психике и восприятию мира, и я не могу винить этих двоих за это, ведь вёл бы себя также, если бы в тот день не стало Алого Бунтаря.