— Нет, — хмыкнул Нико. — Не делай этого, Бьянка.

— Как насчет лучшего предложения? — я сказала ему. — Отдай мне моего мужа, и я оставлю тебя в живых. Видишь ли, ты не можешь командовать. Это я с пистолетом.

Бенито вскинул голову и рассмеялся. — Если бы ты только выросла рядом со мной, — протянул он, заставляя мой желудок сжаться. — Ты бы заставила меня гордиться.

— Пошел ты, — я плюнула на него. — Последнее, чего я хочу, — это заставить тебя гордиться, — я знала, что ненависть горит в моих глазах. Он хотел контролировать меня, уничтожить меня настоящую и все, что я люблю. Бенито Кинг был во всех отношениях извращенцем. То, что Кассио и Лука оказались нормальными, было загадкой.

— Отпусти моего мужа обратно, — я сказала ему. — Последнее предупреждение.

Глава тридцать девять

НИКО

Б

янка заставила меня так гордиться. Когда мы вернемся домой, я накажу ее за то, что она покинула поместье, не предупредив меня, а затем планировал оттрахать ее дочиста. Пока она не выкрикнула мое имя так громко, его услышал весь штат.

— Эй, тесть, — позвал я. Он был бледен, его штаны были пропитаны кровью. Моя женщина была отличным стрелком. Мне придется иметь это в виду. — У меня есть для тебя сюрприз.

Я полез в карман, не обращая внимания на пронзительную боль, пронзившую плечо. Вытаскиваю сложенный листок бумаги, отягощенный фишкой.

— Вот, Бенито, — я швырнул его через комнату. — Владимир продал мне договор «красавиц» на последнее поколение семьи Каталано. О, и он передает привет. Он едет. Не смог его остановить.

Те немногие краски, которые остались на его лице, исчезли с лица Бенито, и я не смог удержаться от холодной улыбки. — Ты облажался, Бенито, думая, что я когда-нибудь позволю тебе забрать у меня мою жену или наших детей, — мрачно сказал я. — Владимир будет обращаться с тобой так же, как ты обращался с моей женой, моей сестрой и матерью Бьянки.

Бьянка в замешательстве переводила взгляд с меня на Бенито. Алексей, Кассио и Лука были прямо позади меня. Я рассчитывал на то, что Бенито подумает, что он умнее, и попал прямо в их ловушку.

На лице Бенито отразилась паника, и он побежал к двери, хромая, как ласка, которой он и был. Я потянулся, чтобы схватить его за шею, когда раздался взрыв. Окутал дым, и одна сторона здания рухнула. Не обращая внимания на боль, я бросился через комнату и накрыл тело Бьянки. Мы оба упали на землю.

— Лежи, — прошептал я ей на ухо. — Я рядом.

Прикрывая собой большую часть ее маленького, мягкого тела, я продолжал бормотать ей на ухо какую-то ерунду.

Звуки выстрелов окружили нас. Пули просвистели в воздухе. Я держал руки на ее голове, мой рот был рядом с ее.

— Ты молодец, — пробормотал я. — Ты в безопасности, — еще один взрыв потряс землю, и ее дыхание с хныканьем коснулось моего рта. — Я рядом, любимая.

Я подполз к нам на несколько футов и упрятал ее под кровать, чтобы скрыть от глаз. Она все еще сжимала в руке пистолет.

— Не оставляй меня здесь, — ее голос дрожал, свободная рука сжимала мою рубашку.

— Никогда, — поклялся я, прижавшись своими губами к ее губам. — Сегодня вечером мы едем домой. Вместе.

Я попытался отобрать у нее пистолет, но она вцепилась в него, и я оставил ее в покое. Кажется, она знала, как с этим справиться. А если она меня застрелит… ну, пусть будет так. Не то чтобы я этого не заслужил. Для меня имело значение только то, что она в безопасности.

— Нико, — ее голос был таким тихим, заглушенным перестрелкой. Мне не терпелось пойти и сражаться, убить всех этих ублюдков, которые даже подумывали причинить вред моей жене, но безопасность Бьянки была важнее.

— Да, любовь моя?

— Если мы не успеем, — пробормотала она.

— Мы сделаем это, — заверил я ее. — Я привел подкрепление.

Она сильнее прижалась ко мне. — Я люблю тебя, Нико, — пули прекратились, стрельба прекратилась, и пыль рассеялась. Все закончилось так же быстро, как и началось. Но все равно у меня в ушах гудело от ее слов. Я слегка приподнял ее, всматриваясь в ее лицо. — Я знаю. Это не имеет никакого смысла, и зная, что Бенито — мой биологический отец…

Я прижался к ее рту своим, чтобы остановить дальнейшие слова. Ее губы прижались к моим, и я проглотил ее стон.

Черт, мне придется ей все рассказать. Насчет таблетки, мои интриги. Но она любила меня. Я знал, что мы преодолеем все это. Она заставит меня унижаться, но я с радостью это сделаю. Для нее. Только для нее.

— Вот вы где, голубки, — протянул Лука. Я еще раз поцеловал ее губы, и она ответила на него. Однако Лука просто не отпускал это. — Я должен сказать вам обоим; сейчас не время и не место резвиться.

Я показал ему средний палец над головой. Бьянка сделала то же самое.

— Оууу, сестра, ты задела мои чувства! — Лука промурлыкал.