Джеймс стоял рядом с Нейлом и Дунканом и наблюдал за тем, как связывали арестованных. Нейл не стал помещать их в старую подземную тюрьму, а посадил в камеру, которую их дедушка приказал соорудить в дальнем конце конюшни. Маклауды будут содержаться под стражей, но обращаться с ними будут вежливо, чего, по мнению Джеймса, они не заслуживают. Он высказал свое мнение Нейлу. Однако брат объяснил свой поступок тем, что не желает обострять отношения с Маклаудами из Гэрлока: война с ними лишь отвлечет его внимание от другой войны – с востока.

Джеймс понимал, что Нейл прав, но все равно никак не мог успокоиться: ярость оттого, что Маклауды собирались расправиться с ним и Эллин, раздирала его на части. И теперь он стоял в дверях камеры, вглядываясь в лица фермеров, которые хотели их уничтожить. Пленные старательно отводили взгляды.

– Хорошо было, в старину, когда мы просто, убивали тех, кто намеревался причинить нам зло, – заметил Дункан, подходя к нему и становясь рядом.

Пленные сделали вид, будто не слышат.

Джеймс кивнул:

– Совершенно с тобой согласен.

– Такое и сейчас может случиться, – добавил Нейл. – Все зависит от того, что произойдет в ближайшем будущем. – Наклонившись к решеткам, он крикнул: – Маклауды, если я решу сохранить вам жизнь, а вы после этого вновь осмелитесь угрожать кому-то из нашего клана или покуситесь на наше имущество, я задушу вас собственными руками! Вы пытались убить моего брата, и я это не скоро забуду. Понятно?

Мужчины кивнули.

– Хорошо, – кивнул Нейл. – Я хочу, чтобы все вы знали об этом.

И, повернувшись, он вышел во внутренний двор, а Джеймс и Дункан последовали за ним. Когда он остановился, Джеймс подошел к нему и долго смотрел ему в глаза, читая его мысли.

Джеймс видел, что брат хочет извиниться перед ним за то, что так невежливо повел себя с Эллин. По дороге домой они повздорили. Джеймс был обижен, что Нейл отнесся к ней с таким пренебрежением. Нейл не стал извиняться, однако было видно, что его поразил тот пыл, с каким Джеймс на него накинулся. И теперь он решил с ним помириться. Джеймс не был уверен, что поступает правильно, однако ему не хотелось обсуждать Эллин.

Он и сам удивился, что впал в такую ярость. Но он не сомневался, что брат отнесется к Эллин с симпатией или хотя бы проявит обычную вежливость, и уж никак не ожидал, что он будет так груб. И когда Эллин, удивленная холодным приемом, с испугом отшатнулась от Нейла, Джеймса охватила такая ярость, какой он от себя не ожидал. Ему и раньше доводилось злиться на брата, но ярости он никогда не испытывал.

А теперь Нейл смотрел на него, пытаясь понять, о чем он думает. Впервые в жизни Джеймс закрылся от брата, отказываясь отвечать на его вопросы. Нейл хотел знать, почему Эллин приехала сюда и какого рода отношения связывают ее и Джеймса. Этого Джеймс и сам не знал. Но вот что он никому не позволит ее обижать, знал совершенно точно.

Бабушка близнецов вела ее по старой части замка, а Эллин с удивлением оглядывалась по сторонам. Они вошли через двери высотой почти пятнадцать футов, открытые специально ради приезда Джеймса, как сообщила Эллин Мейри. Она провела ее в зал, построенный, должно быть, много веков назад. В дальнем конце его находилось арочное окно, из которого открывался вид на озеро. Мейри остановилась перед ним.

– Это одно из моих любимых мест, – сказала она. – Помню, как я стояла здесь в тот день, когда у меня родился сын, отец Джеймса и Нейла, и думала, каким же он вырастет. Разве могла я тогда подумать, что мне придется его пережить. – Она покосилась на Эллин: – Вы приехали в дом, где царит траур.

Эллин кивнула:

– Я знаю. Примите мои соболезнования, мадам.

– Моя невестка Энни до сих пор не может прийти в себя. И если она замолкает на полуслове или вдруг начинает плакать, всем все становится ясно.

– С моей мамой было то же самое, когда умер отец. Я знаю, как ей сейчас трудно. И вам тоже, леди Торридон.

– Когда умер мой муж, я думала, что настал конец света. Мне потребовались годы, чтобы немного прийти в себя, но все равно такой, какой я была прежде, я уже не стала. Но то, что не стало Алистэра, выше моего понимания. Я до сих пор не могу поверить, что его с нами нет. Утром просыпаюсь и жду, что, сейчас его увижу. – Она вздохнула и вытерла навернувшиеся на глаза слезы. – Но жизнь продолжается, детка. Теперь Нейл стал лордом, а Джейми и Дункан ему помогают.

Эллин улыбнулась:

– Джеймс очень серьезно относится к своим обязанностям.

– Да. И Дункан тоже, хотя, глядя на него, всегда веселого, этого никогда не скажешь. – Мейри улыбнулась Эллин: – Пойдемте, мисс Грэм, расскажете мне, что случилось с вами после того, как Дункан от вас уехал. И пожалуйста, называйте меня Мейри. Сейчас Энни – леди Торридон, а скоро ею станет жена Нейла. Я предпочитаю, чтобы меня называли по имени, девочка.

– Спасибо. В таком случае вы, пожалуйста, зовите меня просто Эллин.