Я попытался чуть сдвинуть руки. Мои ладони оказались на их боках… Я чувствовал, как по спинам девушек медленно сочится кровь. Они уже давно были мертвы. Даже имей я сейчас полные запасы Ауры, не смог бы им помочь… Глупая смерть.

— Спасибо, — услышал я чей-то дрожащий голос. Как оказалось, он был моим. Скрежет зубов тоже принадлежал мне.

Сердце разнылось сильнее. Его не только обхватили тиски, но и стали пронзать острые иглы. Казалось, что время от времени орган замирает. Возникла боль в области эпигастрия. Ощутил мигрень… Во рту почувствовал привкус горечи.

Тьма вокруг словно стала гуще. Я ничего толком не видел, но в этот момент казалось, будто чёрный объёмный туман начинает медленно, но верно приближаться ко мне. Закрыл глаза именно в тот момент, когда он поглотил моё тело. Время умирать?

Неожиданно я ощутил себя в мокрых тряпках и начал задыхаться. Открыв глаза, увидел лицо старшего брата из первой жизни… Он, совсем не жалея себя, пытался вынести меня из горящего здания. Воды и подручных материалов, чтобы защитить собственное тело, ему не хватило. Брат использовал всё на мне. В итоге он сильно обгорел и надышался дымом. Через пару часов молодой парень скончался. Но врачи говорили, что он улыбался…

Перед глазами появилась другая картинка. Вновь пожар из первой жизни, но уже другой. Я сижу на полу. Рядом со мной валяется придавленный труп. Но на этот раз я не могу обгореть. Этого не даёт сделать униформа. Но умереть из-за огня по-прежнему легко. Я почти это сделал, но меня спас коллега. Он толкнул моё тело в сторону, и тяжёлый горящий брус упал на него, а не на меня. От удара мужчина, который только пару часов назад хвастался рождением сына, умер сразу.

Головная боль начала нарастать. Правый карман брюк словно полыхал. Ногу жгли карманные часы с гравировкой.

Четвёртая жизнь. В окоп летит граната. Оглушительный хлопок, но я, как и другие рядовые бойцы, ещё жив. Проморгавшись, смог увидеть, что гранату своим телом закрыл молодой офицер…

Пятая жизнь. Просыпаюсь после сильного удара. Поворачиваю голову на подушке безопасности и вижу свою жену, которая была за рулём нашей машины. Её тело столь сильно смяло, что с трудом можно было сказать, что оно когда-то принадлежало человеку. Ранее в нашу сторону со встречной полосы резко вылетела фура. От удара сильнее всего должна была пострадать пассажирская сторона машины, но в самый последний момент жена успела развернуть автомобиль…

Одиннадцатая жизнь. Меня резко придавили сверху. Практически в ухо кричат от боли. Но через некоторое время голос затихает. Зимой по дороге в детский сад бродячие голодные собаки хотели напасть на меня, но мама закрыла собой, защитила собственным телом. Один из укусов обезумевшего от голода зверья приходится прямо в шею женщины. Не спасает даже тёплая одежда и шарф. Вместе с кровью из молодой матери буквально на моих глазах вытекает жизнь. Очень скоро прохожие помогают отпугнуть псин, но девушку уже не спасти.

Кажется, задышал гораздо чаще. Я не совсем понимаю, где именно нахожусь. Одновременно чувствую себя во множестве разных мест. Разных мест, где произошли трагедии… Тысячи, десятки тысяч героев, что решили пожертвовать собой и спасти меня. Спасти бессмертного. Того самого человека, для которого смерть — ничто. Спасти с улыбкой на лице, будто совершают правильный поступок, будто это действительно того стоит… Я видел их всех. Начиная своим братом и коллегой из первой жизни, заканчивая Лу Теном, Софи и Беллатрис.

Голова. Она болела очень сильно. Из носа точно пошла кровь… Сердце стучало так, будто готовилось выпрыгнуть из груди. Раны, полученные в ходе взрыва и последовавшего за ним обвала… Они тоже причиняли ощутимый дискомфорт. Но больше всего неприятных ощущений доставляла не физическая боль, а душевная. Болела душа.

Внезапно я осознал, что плачу. Мне было жаль тех героев, что ценой своей жизни спасли меня. Я понимал, что смерть для них, возможно, не конец, осознавал, что они могут переродиться, но, честно говоря, от этого легче совсем не становилось. Вместо того, чтобы жить, воплощать свои мечты и цели или хотя бы разменять уготованный им век на кого-то более полезного, они выбрали меня. Того самого разумного, для которого смерть — ничто… Глупая растрата жизни, очень глупая… Мне стало невероятно обидно за всех этих людей. Если бы я мог, вернул бы им долг с огромным удовольствием…

Слёзы больше не шли. Выплакав всё, что только можно, я начал испытывать гнев. Хотелось выплеснуть его, кому-то отомстить за смерти всех этих героев… Мой гнев стал направлен на тех разумных, как самых доступных, которые подорвали поезд. Вагоны сами по себе не взрываются. Сомневаюсь, что это был кто-то из Охотников, студентов Хейвена, обычных гражданских или даже Гримм. Взрыв для любого из них означал смерть… Следовательно, в этом деле замешана третья сторона.

После того, как из-за использования силы серебряных глаз на некоторое время эмоционально выгорел, сейчас любые чувства стали ощущаться гораздо сильнее. Так как в основном испытывал отрицательные эмоции, стилеты чёрного дракона их с удовольствием усилили. Я превратился в живое воплощение гнева и желание мести. Ярость давала мне сил. Игнорируя боль внешних оболочек души, она позволила выкачать как можно больше силы из глубин. Казалось, что пламя даже отозвалось на моё желание. Оно щедро стало делиться энергией, забывая про «перегревы» и потери сознания.