— Да, умирала она мучительно. Ты бы видел, насколько твоя сестра была жалкой, как молила о пощаде, плакала, умоляла…

— Ублюдок! — с яростным криком Брэнвен за мгновение преодолел разделяющее нас расстояние и попытался располовинить меня. А ругаются-то они одинаково…

«Провокация сработала отлично», — промелькнула в голове мысль, когда клинок агента Озпина пролетел рядом с моим лицом. Для уворота мне практически пришлось встать на мостик. Отвести удар или принять его на блок виделось мне плохой идеей. Уж слишком много Кроу вложил силы в удар. Меня бы просто снесло.

В следующую секунду пришлось делать прыжок в сторону, что закончился перекатом, потому что Кроу смог быстро перенаправить свой удар. Но мой плащ он всё же задел…

— Это же… плащ Саммер, — узнал противник элемент одежды и застыл с направленным на меня оружием. — Ты и её убил?

— Нет, Саммер убил кто-то из слуг Королевы Гримм или же даже она сама.

В глазах Кроу промелькнуло узнавание.

— Я тебя вспомнил. Тот самый шумный малец, который вместе с другими Охотниками устроил переполох в Вейле и попытался убить Озпина. Честно говоря, несмотря на слова других, я думал, что ты на стороне Салем. Мне было непонятно, если это не так, зачем убивать кого-то из нашей группы… Пытаться убить того же Озпина. Объяснишь мне свою мотивацию?

Успокоился. Неприятно. Гнев, конечно, придавал Кроу сил, но делал его таким предсказуемым…

— Ты думаешь, проблемой Ремната является только Салем? Ошибаешься. Оба бессмертных пьют кровь людей и фавнов. Причем тот, которому служишь ты, скорее всего, больше запятнан в нехороших делах, чем та же Салем.

— Ты несешь полный бред. Озпин…

— Озпин из той категории людей, что ради общего блага могут пожертвовать чем-то незначительным, на их взгляд. Гора Гленн это прекрасно показала.

— Ты не знаешь его, чтобы так говорить.

— А тебе известно, кто такой твой Озпин? Наверное, твоя информированность кончается на его первом имени. Ты не понимаешь, с чем связался, Брэнвен. Бессмертные — это не те, кого может понять обычный человек. Они мыслят другими категориями.

— Но убийство наших союзников… Они же все были Охотниками! Спасали людей и фавнов! Только представь, сколько людей в будущем умрёт из-за твоих действий, потому что во время нападения Гримм рядом с ними не окажется того самого борца с темными тварями, которого ты отправил на тот свет!

— Ни один настоящий герой не умер от моих рук…

Я проверял всех агентов Озпина. У него на службе оказалось много тех, кого убивать было совестно даже мне… Я и не стал этого делать.

— Что?

Вместо ответа я отправил в сторону Кроу широкомасштабную атаку пламенем. Он не смог от неё увернуться, но и практически не пострадал. Аура защитила своего пользователя. Сложно драться с сильными противниками, которых ты не особо желаешь убить. На примере Рейвен я понял, что даже лучшие агенты противника на фоне бессмертных слабоваты… Приходилось сдерживаться.

Вслед за атакой пламенем сам рванул в сторону Кроу. В отличие от меня, мужчина дрался в полную силу. Обмен ударами чуть не стоил мне ног. Во время того, как я парировал оружие противника, оно изменило свою форму, превратившись в косу. Мне было известно про вторую форму снаряжения агента Озпина, но всё равно чуть не подставился под удар.

— Неудобно с тобой драться с помощью меча, — произнёс Кроу, раскручивая свою косу. — Подойти сложно. Твоё копье длинней, поэтому ты можешь держать меня на расстоянии, а потом и вовсе отпрыгнуть назад, чтобы атаковать своим огнем. А вот когда у меня в руках коса…

Звон столкновения нашего оружия гремел на всю улицу. Мне показалось, что Кроу владел косой даже чуть лучше, чем мечом. В один момент он рискнул и смог занести своё оружие так, что под удар попала моя спина. Это стоило противнику ещё одной раны на боку… У меня же самого даже не просела Аура. За плащом на спине был щит.

— Черт, — удерживая кровоточащий бок, ругнулся противник. — А ты не упускаешь своего, да, пацан?

Агент Озпина притворился ослабленным, чтобы неожиданно выстрелить в меня из своего оружия. Ружье — третья форма снаряжения Кроу. Целился он мне прямо в центр груди. К его удивлению, я принял выстрел… на спину, к который крепился щит.

— Это как-то нечестно, пацан!

Нельзя сказать, что битва с Кроу для меня была легкой. Время от времени в сражение вмешивалось Проявление противника, которое я считал одной из его особенностей. Своей силой Кроу не владел. Он не мог управлять собственным Проявлением. Оно действовало само. И… это очень хорошо. Если бы агент Озпина овладел собственной способностью, он бы превратился в очень грозного бойца, ведь сила его Проявления была… концептуальной. Или могло работать с вероятностями. Оба варианта заставляли мои мозги скрипеть. Но прошлый мир меня кое-чему научил. «Это магия, не пытайся её понять», — именно так успокаивался разум.