Джеймса Генри пугала популярность Николая на Балканах, особенно в Сербии. Но все же русский царь поступил чрезмерно самоуверенно, когда решился ввести войска в Валахию.

Уже в декабре прошлого года, как только русский флот разбил турецкую эскадру в Синопской бухте, было известно, что Британия выступит на защиту уже увядшей Османской Империи. Тайные переговоры с французами пришлось проводить ускоренными темпами. А вскоре уже к коалиции Англия-Франция-Турция присоединилось и Сардинское Королевство, у которого был хоть и небольшой, но все же военно-морской флот. Молодой австрийский король Франц-Иосиф тоже пришел в негодование, когда Николай отказался обсуждать с ним вопрос о разделе Балкан, и вскоре разорвал договор о нейтралитете. Все складывалось довольно удачно в пользу Англии. Однако сэр Генри осторожно предлагал премьер-министру, графу Абердину-Гамильтону не спешить с вторжением. Война — это дорогостоящее предприятие. Гораздо проще внутреннее воздействие на режим враждебной страны: вербовка высокопоставленных агентов, смена режима, в крайнем случае даже ликвидация главы государства и методикой тайных перемещений, внедрение своего марионеточного ручного царя. Но все это требовало долгосрочных разработок и планирования на несколько лет. В данной ситуации, при внезапном обострении конфликта, пришлось действовать более оперативно, и в феврале 1854 года России была объявлена война.

Ровно в половине седьмого утра сэр Генри приехал на Уэстон-сити, на одну из служебных квартир. В подъезде дежурил капитан Паккинсон. Он увидел шефа и сразу же вытянулся в струнку. Сэр Генри чуть заметно кивнул, поднялся на второй этаж и вошел в полутемную квартиру. Полковник Ричард Маклоу привстал с кресла в гостиной.

— Доброе утро, мистер Генри!

— Доброе утро, полковник. Рассказывайте.

Сэр Генри подошел к окну. Он внимательно наблюдал, как бородатый старьевщик тащит по булыжной мостовой гремящую двухколесную тачку с барахлом, нарушая утренний сон жителей столицы.

Полковник Маклоу вздохнул:

— Агент в России после спячки снова вышел на контакт. Он рассказал много интересного.

— Для начала мне нужно знать, каковы мотивы его предательства?

— Отец агента участвовал в восстании декабристов. После подавления мятежа и расследования, был сослан в Иркутск вместе с семьей… лишен дворянского сословия, даже забрали земли и усадьбу. Через четыре года отец агента умер, чуть позже и мать скончалась от алкоголизма. Агент выучился в Санкт-Петербурге, сделал блестящую картеру военного, но он всю жизнь ненавидит царя Николая. Считает действующий политический строй в России — варварским. Восемь месяцев назад агента перевели на службу из Санкт-Петербурга в Севастополь. Где в данный момент он нам даже более полезен…

— Что он уже рассказал?

— Русские пытались засекретить новые разработки кораблей-броненосцев, которые собирали на судоверфи в Кронштадте и Николаеве. Агент тайно передал данные об этих разработках еще в сентябре прошлого года. Также русские перешли на изготовление нарезных боевых винтовок… пока им удалось изготовить не очень большую партию, порядка шестидесяти тысяч. Министр Меншиков заказал четыреста тысяч винтовок в Пруссии, но они получили только десять тысяч. Пруссия все же решила принять нейтралитет в Восточном военном конфликте.

— Это старая информация. Вы узнали о «Пауке»? Кстати, почему вы прозвали его Паук?

— Агент сообщил, что Паук работает в Англии уже не меньше двенадцати лет.

— А внешность? Чем он занимается?

— К сожалению, об этом нет никакой информации. Паук осел где-то в Лондоне и тайно плетет паутину, внедряя в Англию новых агентов.

— Нужно было хорошенько допросить тех двоих, которых вы застрелили осенью прошлого года…

— Сэр, вы же знаете, они оказали вооруженное сопротивление. Кстати, агент сообщил, что в декабре в Англию перебросили еще одного резидента. На этом информация пока что исчерпана.

— Дайте своим людям команду. Пусть проверят всех, кто прибыл в Англию в декабре. Это не так много народу, как кажется. Вы отправили группу расследовать инцидент в Портсмуте?

— Да. Уже есть первые подозреваемые. Но делать выводы пока рановато.

— Работайте. Взрыв «Диктатора» — это совершенно неслыханная дерзость. В любом случае виновные будут найдены и повешены. Никакого обмена или выкупа. Это я точно гарантирую. Что у вас по профессору Зинбергу? Есть предположение, почему он так спешно покинул Англию?

— У профессора были старые грешки еще на родине, в Пруссии.

— Что еще за грешки?

— Соблазнил двух малолетних племянниц. Из-за этого он переехал в Англию четыре года назад.

Сэр Генри задумался:

— Кто-то наверняка узнал о прошлом профессора. Думаю его шантажировали и заставил покинуть Англию, хотя Зинберг человек уникальный. Он проектировал военные линкоры для Королевского Флота. Особенно интересны его разработки в корабельной артиллерии. Кстати, «Диктатор» — это детище Зинберга. Настоящий рывок в кораблестроении. Этот профессор — просто настоящий гений!

— Но если бы до королевы дошли сведения о его похождениях…

— Не будьте чистоплюем, Ричард. Все мы не без греха. Даже в большой политике нет понятия чести и достоинства. Все делается только в интересах государства. Мы должны быть холодными циниками. Если Зинберг и соблазнил двух малолетних дурочек, он уже сделал для Королевского флота гораздо больше, чем полсотни инженеров-конструкторов, которые только протирают штаны в бюро и конторках.

Сэр Генри усмехнулся:

— Этому шантажисту нужны были не деньги, иначе бы Зинберг остался в Англии. Значит нужно обязательно выйти на след шантажиста, он наверняка работает на русских, возможно это даже сам Паук…