О боже? Это что, нервная улыбка?

– Ты знаешь, что за это грозит срок? А если тебя раскусят? – Я был, мягко сказать, немного ошарашен.

– Не раскусят, потому что ты подпишешь документы о том, что партнер у меня только один и это ты. С достижения 18 лет на твоем счету частенько появлялись крупные суммы денег. Я посчитал, если брать весь мой бюджет, это 36%. Так что, будь хорошим человеком и подпиши этот чертов документ.

Дима был невероятно зол. Последний раз я видел его в таком состоянии, когда он узнал, что я собираюсь переехать к нему. В его голубых глазах читались самые противоречивые чувства: страх, уныние, злость и даже ненависть. Это меня поразило. Я никогда не думал, что смогу увидеть его таким, и от этой мысли мне стало не по себе.

С его белокурых волос стекали капли пота, придавая ему почти дикий вид, и я заметил, что он слегка дрожит.

Я чувствовал, что воздух вокруг наполнился напряжением, и становилось невыносимо тяжело.

– А как же документы твоего настоящего партнера? У него же они тоже должны быть.

– Когда мы только начинали работать вместе, я ему не доверял, а потому все документы лежат у меня в офисе в сейфе. Лежали, если быть точнее.

– Получается, что не зря.

– Он тот еще ублюдок.

– А если у него есть копия?

– Абсолютно точно их нет.

– Почему ты так уверен?

– Он их в лицо не видел.

– Я ничего не понимаю.

– Тебе и не надо, просто подпиши, если меня вызовут куда-то, я сам его засужу, я уже консультировался со своим адвокатом.

– Окей, это понятно. Но я ведь правильно понимаю, что ставя подпись, я действительно могу управлять твоим бизнесом? То есть, уже нашим.

– Макс.

– Да я просто спросил. Деньги оттуда и мои получается. Так что, – я пожал брату руку, подписал документ и сказал, – спасибо за партнерство.

На самом большом перерыве между парами, мы с Даней, как это и было всегда, убежали обедать в нашу любимую кафешку, находящуюся в пяти минутах ходьбы от корпуса. В этот раз, нам пришлось ну ооочень долго стоять в очереди. Обеденное время, самое ужасное время суток. Но все же это лучше, чем оставаться голодными с 8 до 8.

– Ты можешь это себе представить? Чтобы я работала в паре с Соколовым! – Я размахивала руками. – Нет, Александр Николаевич точно меня ненавидит!

– Да ладно тебе, не утрируй, – сказал Лопух, откусывая очередной кусок сэндвича. – Скорее всего это произошло случайно, просто совпадение.

– Точно нет! Этот человек терроризирует меня уже второй год, Даня! Неужели ты не видишь этого?

– Да вижу конечно, но если мы нажалуемся ректору, зануда вообще нас за людей считать не будет, – Даня отодвинул от себя тарелку с крошками от сэндвича. – Пойдем, до начала пары осталось 6 минут.

– Ты иди, я приду к следующей паре, нужно отъехать по некоторым делам.

– Главное не головой.

– Очень надеюсь на это.

– Окей, потом расскажешь.

Даня чмокнул меня в макушку и, расплатившись за счет, вышел из кафе. Какой он хороший. Я и мечтать не могла о таком друге, как Лапушка. Когда я была маленькой, у меня почти не было друзей. Почему-то все дружили со мной только «Под лисичку», не по-настоящему. У меня была одна подруга – Надя, но она приезжала только на летние каникулы, и то всего на месяц. Так что, если вспоминать детство, ничего хорошего вспомнить не получается.

Так, дела, я сказала Дане, что мне нужно отъехать. На самом деле, каких-то грандиозных планов у меня не было. Я просто не хотела идти на пару, и как оказалось, не одна.

– Вы только гляньте.

Прямо за соседним столиком, вместе со своей свитой сидела Алиса Куликова. Только ее здесь и не хватало.

– Что случилось, Алиса? Деньги закончились? – Я встала из-за стола.

– Что? В каком смысле?

– В прямом. Пришла в обычное кафе, заказала пончик за 70 рублей, ты сегодня даже одета как-то по-другому. Очень симпатичная кофточка. Это что, секонд?

– Не твое дело, – Алиса демонстративно махнула волосами. – Если я захочу, то выкуплю все это кафе и таким нищебродам как ты, вход будет запрещен.

– Как купишь, напиши мне на почту. Не хочу быть в местах, где обитают ядовитые змеи, у меня на них аллергия.

– Да ты… Да я…– Куликова начала задыхаться. Нтересно это от моей прямолинейности? – Я сейчас парню своему позвоню…

– Ой, кстати о нем. А ты ведь в курсе, что мы с твоим Максиком, – передразнила я Алису, – в паре на научно-исследовательском проекте?