– Послушай…

– Зачем ты пришел, почему просто не написал?

– Я был неподалеку, поэтому и забежал.

Вот так мы и стояли, глядя друг на друга и не говоря ни слова. Это была другая тишина, не такая, как с Димой. Что-то было в этой тишине такое… Притягивающее? Но в тоже время пугающее.

– Ты.. пьян? – Внезапно спросила Птенчик.

– Чего? – не сразу понял я, с трудом отрываясь от собственных мыслей.

– Ты что-то выпил? Пиво, коньяк? Что ты там предпочитаешь?

«Тебя и виски с колой»

– Нет, я же на машине, точно нет, – я посмеялся.

– Ты уверен? Может у тебя жар, – Лера подошла ко мне ближе и дотронулась до лба своей холодной рукой, – вроде нет.

– Боже мой, Витвицкая. – Я взял руки девушки в свои, – главное, чтобы ты была здорова.

– Ты это говоришь, потому что сам проект не сделаешь.

– Вот это уже обидно. – Пожаловался я, притворно обидевшись. – Ты действительно думаешь, что я такой ужасный?

– Дай-ка подумать, абсолютно точно да.

– Я просто хочу, чтобы ты была в порядке, – пробормотал я, неловко улыбаясь, осознавая, что, возможно, выгляжу странно. Наверняка Лера думает, что здесь есть какой-то подвох, откуда такой интерес к её здоровью. – Допустим. Может быть, ты хотел еще что-то спросить?

– Да. Можно я останусь с тобой на ночь?

– Чего?

Да, именно такой реакции я и ожидал услышать от Птенчика. Хотя нет. Еще должны быть крики и может быть пару пощечин.

– У меня кончился бензин, и ехать через весь город домой, такое себе увлечение, – я наврал Витвицкой, а затем, облокотившись о шкаф, подмигнул девушке.

– Нет, погоди. Ты не можешь здесь остаться, – Лера вдруг оживилась, – это моя квартира.

– И что?

– Этого мало? – Лера продолжала смотреть на меня с большим недоумением.

– Птенчик, я спал в стольких квартирах..

– Со столькими красотками, – парировала она с легким дразнящим акцентом, и я не смог удержаться от усмешки на ее слова, ведь в этом была капелька правды.

– Не отрицаю. – Сказал я с улыбкой, – Короче, это не причина.

– А еще я болею, у меня температура! Высокая!

– Тогда я тем более должен остаться, – я разулся, обошел Витвицкую и пошел прямиком на горящий из комнаты свет, – вдруг тебе станет плохо, а рядом никого?

– Соколов, стой на месте!! – Лера последовала за мной, её голос становился всё настойчивее. Она осознала, что теряет контроль над ситуацией. – Да что ты за комар такой!

– Я как Эдвард Каллен. Сяду возле тебя и буду наблюдать, как ты спишь, – послав воздушный поцелуй, я запрыгнул на кровать.

– Эдвард хотя бы не врывался в дом, а делал это незаметно.

– Окей. – скромно сказал я, делая шаг назад к более мирному подходу. Засыпай, а я приду попозже. Через окно залезу, оставь открытым.

– Соколов! – В меня полетел мягкий игрушечный медвежонок. Я ловко уклонился, выставив руки в защитном жесте.

– Хочешь, я лягу в твоей гостиной, приставать не буду, – я продолжал настаивать на своем. Надеялся, что мои шуткаты (шутка-подкат) сработают.

– Конечно не будешь, потому что ты будешь ночевать дома!

– Лер, пожалуйста. Я очень устал, – я смотрел на девушку глазами кота из Шрека, – у меня был очень тяжелый вечер. – Добавил я, притворившись, что мне стало немного грустно.

– А мне какая разница?

– Ты мой должник.

– Соколов…

– Витвицкая…

– Лучше бы я не открыла тебе дверь.

Через пару минут в гостиной уже было расстелено для меня. Здесь интерьер сильно отличался от комнаты Птенчика. Какие-то цветные обои в полоску, зеленая мягкая софа и пару кресел такого же цвета, небольшой старенький телевизор. Все говорило о том, что девушка не частый гость в этой стороне квартиры.

– А что в той комнате? – Я указал пальцем на дверь напротив.

– Комната для игр. – Ответила она, не поднимая на меня взгляда.

– Ого, не знал, что ты фанатка Кристиана Грея, – я ухмыльнулся. Не уверен, что вовремя пошутил. Кажется, Лере это не понравилось.

– Какой же ты дурак. – Произнесла Витвицкая с лёгким раздражением, и мне захотелось сразу же взять свои слова обратно.

– Что?

– Она для других игр, Макс. Когда я была маленькой, я там играла с мамой в куклы, шахматы, настолки и все в этом плане.