— Я-я… х-хочу сделать… заявление.

Собственный голос в первый момент удивил Дениса. Он звучал слабо и едва слышно. Словно мальчишку во дворе, в песочнице, обидели, но он слишком хорошо воспитан, чтобы это показать.

— Сделать заявление! — громко повторил Денис. Дежурный вздрогнул, дернул рукой — росчерком испортил рисунок. Но даже не поднял головы.

— Хорошо, подождите, я уточню, — полицейский прижал трубку к груди, поднял взгляд. Денис увидел его лицо вблизи. Светлые глаза, тонкий нос, на щеке родинка. На погонах дежурного было четыре звездочки. Капитан. Денис разозлился. Тут у них целый капитан сидит, фигней страдает, а там… людей убивают!

Капитан безразлично смотрел сквозь Дениса — словно тот был неодушевленной вещью. Большой и неумытой.

Светло-голубые глаза капитана напомнили Денису старый фильм, вестерн, где все злодеи были уродливы (кроме главного), при этом у всех уродов-злодеев были прекрасные голубые глаза. И от этого становилось неуютно. Потому что потом их всех убили. Но прежде они совершили что-то жуткое.

Что это за вестерн, Денис не помнил. Да и какая, на хер, разница. Щелчок.

— Что у вас? — равнодушно спросил капитан. Голос его, искаженный динамиком, звучал откуда-то сверху.

— Я…

— Говорите в микрофон, — сказал капитан.

«Да блять!»

— Я хочу… — заговорил Денис твердо.

Тр-р-р-рррр. От резкого звука оба вздрогнули. Капитан повертел головой. Звонил другой телефон. Капитан сделал Денису знак подождать, снял трубку — не светлую, темную.

— На аппарате, — сказал капитан. Денис едва не засмеялся. На аппарате? Пижон херов.

— Слушаю… что-что?

Капитан зажал темную трубку плечом. Привычным жестом вытащил лист из пачки бумаги и положил перед собой.

Ну давай, подумал Денис с мутной тяжелой злобой. Нарисуй еще один хуй.

— Так точно, Андрей Максимыч, записываю… Да-да, конечно… Нет-нет, понял, — капитан начал быстро водить ручкой по листку. «Неужели что-то важное?» — подумал Денис.

Ну нет. Капитан его не подвел. Денис видел, как возникают на листке виселица и повешенный человечек.

— Кому передать? — спросил капитан. — Да-да… Делаю себе пометку, — он провел линию, словно подчеркивая главное. — Нет, Семин на адресе… На адресе, говорю. Кухонный бокс, все дела. Понял, кому-нибудь другому…

— Товарищ полковник, да откуда люди? — Капитан сделал официальное лицо. — Все на «усилке».

«Усилок» — это когда для чего-то важного — например, поимки особо опасного преступника или охраны британской королевы в гостях — привлекается весь личный состав.

Физрук в школе Дениса любил блеснуть такими словечками. Он перешел на денежную работу, уволившись из армии. Самый бесполезный учитель в школе, подумал Денис. Редкий был чудак, если честно. Зато военная пенсия плюс зарплата учителя. И армейские тупые шуточки в диком количестве.

— Этих ловят… Медного взяли, еще двоих ищут пока… Да, понял, как вернется, первым делом…

Дениса неожиданно пробила крупная нервная дрожь — как у лошади, стоящей на старте ипподрома.

Денис оперся на высокую раму, приблизил лицо к стеклу.

— Понял, да, — говорил капитан.

— Послушайте! — громко и хрипло сказал Денис.

Дзынь. Капитан вернул трубку на рычаг и поднял взгляд на Дениса. Лицо было равнодушным. Видел я на этой работе и не таких идиотов, читалось в глазах полицейского.

Денис осекся.

Холодная волна ярости захлестнула его. «За что ты со мной так, сука?!»

Стоп! Денис постарался взять себя в руки. Сейчас не та ситуация, чтобы цапаться с ментами.

«Черт, Аня же в машине!»

— Там девушка, — сказал Денис. — Там… на улице! Слышите?!

— Что? — Капитан прищурился. — Что за девушка?

— Там… — слова куда-то исчезли.

— С самого начала, пожалуйста. И нажмите кнопку.

Денис зажал чертову кнопку.

— Я хочу сделать заявление! Да послушайте! — последнюю фразу он практически прокричал.

Капитан поморщился.

— Голос не повышаем, — спокойно сказал он. — Еще раз. Что у вас случилось?

«У меня несколько мертвых друзей, раненая девушка и беглый маньяк за плечами! Вот что у меня!!»

— Я… — Денис собрался. Вот сейчас он все расскажет. Спокойно и по порядку.

И тут зазвонил телефон.

«Нет!!»

Капитан сделал Денису знак подождать, повернулся и снял трубку.

«Это что, издевательство такое?»

Капитан поднес трубку к уху.

— На стекло не опираемся, — ровно сказал он Денису.