— Я думал ты мне скажешь! Я здесь всего неделю, только язык выучил и снял кожу с местного! — удивленно ответил Хукк.

Сам он выглядел как настоящее растение. Пусть на груди у него висела кора с парой вмятин и одной пробоиной, но открытые участки тела были суть переплетением зеленых стеблей.

— Ты кто, мать твою, такой? — Таргус наконец-то связал освежеванное тело на столе и лоскуты кожи, которые лежали возле гуманоида.

— Я адепт Бездны, как и ты! — ответил висящий у него на плече Хукк. — А кожа нужна для адаптации в этом мире! Я так работаю! Знаю, мало кому нравится, что собрата по виду как какого-то примитива вскрыли, но я по-другому не умею! Выйди я на улицу так, меня сразу ваши спецслужбы загребут и на опыты пустят! Я видел ваш этот телевизор!

Они двигались по коридору в сторону выхода. Хукк следил за картой, отслеживая перемещение противника, у него в «лиственнике», странном пучке листьев, аналоге дневника Таргуса, карта модернизировалась уже три раза, на последней модернизации она получила функцию отслеживания всех живых существ, кроме замаскированных специальными артефактами и устройствами, в радиусе двадцати метров. Враги добрались до коридора, через который прошел Таргус. Хлопок и ужасающие многоголосые вопли боли и ужаса.

— Вообще, следовало бы запретить эти мины для применения против не растительных форм жизни... — отметил Хукк. — Я, например, безболезненно бы растворился, попади по действие этой мины. Да, следовало бы...

Таргус молча шел, наведя ствол М-16 на дверь впереди.

— Э-э-э... — начал что-то говорить Хукк.

— А ну стоять! — раздался окрик сзади.

Таргус медленно развернулся. На него смотрел израненный пилот вертолета, держащий Кольт 1911.

— Суки, думали уйти от меня? Я с вами ещё не закончил! — торжествующе провозгласил он. А затем упал, потеряв сознание от кровопотери.

— Хм. — произнес Таргус, поворачиваясь обратно. — Пойдем дальше.

— Прости, прохлопал его. Начинаю терять сознание... — слабым голосом извинился Хукк.

Нет, определенно, полиция своё дело знает. Время переговоров прошло, они начали полноценную войну. Кто-то выстрелил из гранатомета, кто-то вовсю применял пулемет, был слышен рёв мотора броневика или танка. Пугающие обороты.

— Они всерьез решили устроить тут маленький Вьетнам, нужно поторопиться. — сказал Таргус, быстро спускаясь по ступеням. Противники совсем отвлеклись от них, переключив внимание на полицию.

Таргус спустился вместе с ношей на первый этаж, увидел занявших оборону противников, которые контролировали входную дверь, не глядя на лестницу. Тихо пройдя дальше, он обогнул лифт и просто побежал сквозь прачечную. Выбив дверь ногой, он понял, что вышел из здания с другого торца. Здесь никого не было, поэтому скрываясь среди аттракционов детской площадки, он покинул двор и направился как можно подальше. Скоро о перестрелке напоминали только сирены скорой, пожарных и полиции.

*Стриптиз-клуб Софии, переулок у служебного выхода*

— Может поделишься какой-нибудь информацией? — спросил Таргус у Хукка.

— Да я сам ничего не знаю! Нужно было выполнить банальное задание, внедриться, разведать что происходит, ничего необычного! — развел руками Хукк. — А тут на меня вышли эти... агрессивные. Главное, это просто жители этого мира! Не Порядок, не Хаос, обычные аборигены! Может они меня за одного из популярных по телевизору инопланетян приняли?

— Чёрт, ни одного ответа, сплошные вопросы... — Таргус раздраженно плюнул на землю. — Тысяча к одному, твоё задание поручат мне!

— В этом даже не сомневайся... — в голосе гуманоида прозвучала смешинка. — Ладно, кажется начал появляться Разлом. Бывай, приятель-не-знаю-как-тебя-зовут!

— Таргус Силенций Виридиан. — помахал уходящему в Разлом гуманоиду Таргус. — Бывай.

Он бросил всё оружие в начавший закрываться Разлом и обошел здание «Клуб для джентльменов Софии». Дав двадцатку вышибале, он беспрепятственно прошел внутрь и сел за барную стойку.

— Налей мне выпить, водки, самой дорогой. — Таргус положил на стойку сотню.

Барменша не обращала внимания на его покрытый строительным мусором и пылью плащ. К слову, под ним всё ещё находились обрез на перевязи и кольт в кобуре.

— Трудный денёк? — спросила она, поставив перед ним стопку и бутылку.

— Не говори. — Таргус опрокинул стопку в себя. — Кха! Очень веселый денёк, ты узнаешь подробности в вечернем выпуске, там много кто под раздачу попал.

Барменша налила ещё стопку.

— Как тебя зовут? — спросил он, выпив и её.

— Валенсия. — ответила та, наливая ещё.