Пацаны вооружены примерно одинаково - булл-паповские АК-105 в модификации "Кочевник", полностью увешанные всякими модулями, и один ПКП "Печенег", у владельца которого за спиной звенел рюкзак с одной лентой на тысячу с лишним выстрелов. Больше всего меня улыбало наличие у всех пистолетов, обычных МР-443.

Кто-то скажет, что иметь пистолет на всякий пожарный - лучшее решение для штурмовика, однако нет. Любой пистолет в разломе не подходит даже как оружие последнего шанса (ну разве что застрелиться из него), ведь ни один из них не способен нанести хоть какой-нибудь вред пришедшему. Это могут сделать разве что совсем мощные образцы вроде "Дезерт Игла" или РШ-12, только смысла брать эту "карманную артиллерию" в разлом - ноль целых хуй десятых из-за огромных размеров, а также массы самого оружия и боеприпасов. Тогда уж лучше вместо этого больше патронов на автомат набрать.

А вот холодняк против тварей - самое то после знаков и огнестрела, если помните, я своего первого пришедшего завалил именно копьём.

Ну, а сейчас мы все играли в грузчиков. Студенты прохлаждались в тени от крыльев "улыбаки", а мы таскали ящики из самолёта в выгнанные на взлётку грузовики и бронетранспортёры.

Разгрузку мы закончили за час, после чего нам велели занимать места в БТР. Студенты со свойственной им безнаказанностью выгнали нас из десантного отделения на крышу "коробочки", а сами развалились внутри.

Ну и ладно - в случае проблем нам ближе бежать до укрытия. Остальные штрафбатовцы повозмущались для вида, но вскоре затихли. Мы покидали свой нехитрый скарб на крышу БТРа и с удобством развалились среди рюкзаков и ящиков, разложив по сторонам автоматы и копья.

Вскоре прошла команда на выход, дизельные движки взревели и колонна на малом ходу покатила в аномальную зону, путь к которой лежал через столицу республики Хакасия - город Абакан.

Город был самым обычным, несмотря на близость к нему многих сотен разломов, в которых ждут своего часа сотни тысяч невообразимых тварей. Точно так же ходил транспорт, гуляли люди, все службы и магазины работали штатно. Разве что на каждом перекрёстке нас встречал блокпост с несколькими внедорожниками и БМП, которые стояли здесь для предотвращения прорыва тварей из зоны.

Через все "блоки" нас пропускали без разговоров, просто быстро просматривали документы, желали удачи - и на этом всё. Город мы пересекли часа за два, после чего вышли на его окраины, которые по совместительству были границами зоны. Здесь нас уже встретили толстые семиметровые стены с мотками "егозы" по верхней их кромке, позади которых вертели радарами шестиствольные зенитные автоматы, которые должны были стрелять в любую тварь, забравшуюся в зону покрытия системы наведения.

Наверняка все подходы к стене со стороны зоны были ещё заложены минами, пристреляны артиллерией, миномётами и штурмовиками. Блокпост у ворот был в разы мощнее городского - несколько бетонных ДОТов, танки в капонирах, крупнокалиберные пулемёты и станковые гранатомёты в окопах.

Вояки и фаски явно зарылись здесь надолго.

Нас опять пропустили через блокпост, после чего мы оказались в Абаканской аномальной зоне, она же "Абаканская Преисподняя".

– Ребята, смотрите по сторонам - твари редко по поверхности бродят, но раз в год и палка стреляет, - предупредила нас Ласка по рации.

Мы быстро разобрали свой бардак и сели по краям бэтэра, свесив ноги на амбразуры. Вокруг стояла звенящая тишина, прерываемая лишь журчанием двигателей и скрипом покрышек по земле.

Я нервно сглотнул, на всякий случай откинул приклад автомата и дослал патрон в патронник, после чего вернул оружие на предохранитель. Остальные повторили за мной, и теперь осматривали местность по кругу, не убирая автоматов из рук. Лишь только какой-то гогот изнутри десантного отделения отвлекал.

На взводе мы проехали до самого вечера, и когда солнце уже постепенно опускалось за горизонт, наш БТР остановился и Ласка приказала спешиваться и устанавливать периметр.

Провозились с шанцевым инструментом почти до ночи - сначала нужно было рыть окопы и траншеи, после чего растягивать между ними колючую проволоку, укладывать мины, а вытащенную землю засыпать в габионы и устанавливать их у входа в разлом. Всем в основном занимался наш штрафбат-стройбат с группой фасок, остальные спецназовцы и студенты тем временем всматривались в темноту через линзы прицелов-ауровизоров, прикрывая строительные работы полевой фортификации.

По милости Ласки после обустройства лагеря нас отправили спать, а студенты остались тащить фишку на улице под писк комаров. И поделом им.

***

Непонятный шорох на входе в палатку заставил меня проснуться, но резко вставать и выяснять отношения я не стал. Мало ли кому из наших до ветра ночью приспичило?

Неизвестный потоптался при входе, будто забыл о том, как заходить в палатку, после чего стал осторожно пробираться вперёд. Так, я с Викой сплю в самом конце палатки, и этот идёт прямо сюда. Слева от меня сестра спит, Дима справа тоже в спину дышит. Тогда кто это?

– Так, приступим. От штрафников толку ноль, хоть польза какая будет разве что от девушек, а их здесь преобладание. Блин, я сразу на тебя запал, серовласка, очень уж хочется себе оставить, да только позволил бы кто, - еле слышно прошептал кто-то, голос которого мне напомнил одного из студентов.

Это он на сестру глаз положил? Только, сука, попробуй.

Я прикинулся спящим и понадеялся на то, что он просто уйдёт, однако он осторожно переступил через меня и встал на колени, нависнув над Викой.