Далее Сашка написал: «Правда, эта дружба больше, чем любовь? И это классно».

«Правда», – ответила я. – «Только спать очень хочется. В выходные увидимся!»

В выставочном зале на этой неделе современное искусство. И я, честно говоря, в этом совсем не разбираюсь.

Молча слонялась от картины к картине и откровенно сдерживала зевок, так как Саша велел притащиться сюда к самому открытию. И это в воскресенье! В единственный законный выходной.

– Саша, что означает этот нарисованный крючок? – шепотом спросила я друга, чтобы его приятели-снобы не дай бог не услышали.

– Какой крючок? – искренне удивился Сашка. – А! Это скрипка!

– Какая скрипка? – в свою очередь удивилась я. – Вот это? Вот это скрипка? Ты смеешься? Я что, не знаю, как скрипки выглядят? А где тогда палка эта…

– Палка?

– Ну, прутик такой!

– Ты имеешь в виду смычок?

– Ага, – радостно закивала головой я. Саша, глядя на меня, просто махнул рукой. Мол, чего с тебя взять.

Немного погодя выставка мне эта вообще наскучила. Но уйти я не могла, потому что до сих пор не увидела здесь самого главного – Лизу.

– Ну, где твоя подлиза? – пристала я опять к Сашке.

– Ты о ком? – сделал непонимающий придурковатый вид он.

– О твоей новой пассии.

– Она задерживается.

– Какая непунктуальная Луиза, – сердито заметила я.

– Да что с тобой сегодня? Ты чего на нее уже взъелась?

И, правда, чего взъелась, не знаю. Обычно мне плевать на Сашкиных пассий. Может, я просто чувствую, что она неприятная особа, и хочу предостеречь друга от разочарований?

– О, вот она! – Саша со всей дури заехал мне локтем в живот. Я чуть ли пополам не согнулась.

– Ты совсем уже чокнулся, что ли?..

Но Сашки уже рядом со мной не было. Вернее, не было обычного, уверенного в себе Сашки. Вместо него рядом стояла подбоченившаяся кисейная барышня, томно вздыхающая при появлении той самой Лизы. А вздыхать там есть по кому. Ноги от ушей, фигура как у модели с обложки журнала «Спортс Иллюстрейтед», и роскошные темно-русые кудри до поясницы. Причем кудри свои! А не эти безвкусные локоны, накрученные на плойку…

– Она тебе понравится! – весело сообщил мне Саша.

– Да я вообще ее уже люблю, – криво улыбнулась я.

Пока ясно одно: в современном искусстве она разбирается так же, как и я. В глазах Лизы-подлизы паника и даже некая брезгливость. Оставшись один на один с той самой, как оказалось, музыкальной картиной (пока Сашка-сноб вступил в полемику со своими друзьями-снобами), Лиза достала телефон и… Что она там делает, не вижу! Чекинится?

– Хрень полная, верно? – подкралась я к ней сзади.

– Что, прости? – Оторвавшись от телефона, Лиза натянуто улыбнулась мне.

– Ты ведь Лиза? Я – Инна! Сашина подруга. И я о картине: согласись, чушь?

– Ну, зачем же ты так.

Так! Это что означает?

– Вот этот крючок – скрипка, представляешь? Больше похоже на крошечный гнутый гвоздь.

– Вы о чем? – К нам подрулил Саша.

– Твоя подруга Инна, – начала каким-то странным грудным голосом Лиза, – делилась впечатлением об этой картине. Говорит, что это, как она выразилась, хрень полная. А вот я не согласна!

А?

– Еще бы! – восторженно ответил Саша. – А ты что думаешь об этом?

– По-моему, это чудесно, Саша!

Что? Я сплю?

– Смотрю на эту картину и не могу оторвать взгляда. Так и слышу скрипичные звуки.

А я так и слышу скрип своих зубов.

– А я о чем! – чересчур громко откликнулся Сашка. – Это же некая отсылка к скрипке Пикассо. Правда, у современного автора все менее масштабно.

Я бы даже сказала: менее-менее масштабно. Да я эту закорюльку еле разглядела!