– Есть. – Приготовилась девушка.

– Щит! – Указал начальник.

– Уже здесь. – Иван подал большой полимерный лист, который Еве придется держать над головами детей и женщины, чтобы защитить от воздействия мощных кусачек на металл кузова и стекла окон.

– Подстрахуйте Еву!

Задачей девушки было аккуратно проникнуть в салон и устроить щит под потолком. А главная опасность заключалась в том, что Ева могла оказаться в огненной ловушке, если что-то пойдет не так, и каждый из присутствующих это понимал.

– Привет, – поздоровалась она с детьми, осторожно пробираясь в салон через окно. – Я здесь, чтобы помочь. Меня зовут Ева.

Она вползла, цепляясь за дальний подголовник, чтобы не побеспокоить и случайно не сдвинуть сидящую на месте водителя мать детей. Никто, кажется, не дышал до того момента, как она не сообщила, что все в порядке, и готова принять щит.

Соло осторожно просунул его в окно, и девушка аккуратно развернула его над головами пострадавших и над собой.

– Работаем!

Сначала Иван и Сергей удалили остекление автомобиля: нанесли короткий удар стеклобоем в угол лобового стекла и удалили осколки наружу.

Лев и Кирилл взялись за гидравлические ножницы, остальные держали их или пытались контролировать общую ситуацию. Нужно было действовать ювелирно. Работа пошла, уши закладывало от лязга металла. Чтобы исключить срабатывание дополнительных подушек безопасности, передние и центральные и задние стойки перекусывали ножницами в местах, исключающих наличие газогенератора.

Женщина-водитель внимательно следила за каждым движением пожарных, но выглядела она, как заметил Царев, уже совсем неважно. Ей не хватало кислорода.

– Смотрите, совсем чуть-чуть осталось. – Слышался спокойный и уверенный голос Евы из салона.

– Чистая правда, – отозвался Лев, перекусывая амортизатор задней двери.

Железо скрежетало, сопротивляясь. Машина пошатнулась. Самое время – проверить, нет ли течи. Любая искра могла поднять автомобиль на воздух.

– Все в порядке, продолжаем. – Словно прочитав мысли Льва, крикнул Сергей.

– Как тебя зовут? А тебя? А сколько тебе лет? – Слышно было, как Ева отвлекает детишек.

Капля пота, щекоча, прокатилась по лицу Царева вниз – к шее.

Ножницы сдавливали и медленно перекусывали металл – сантиметр за сантиметром. Лев понимал, что нужно спешить, ведь водителю становилось все хуже, но не хотел совершить ошибки. Рядом, из рации Соло послышался голос Саши – она сообщала о прибытии дополнительной бригады скорой помощи.

– Продолжаем срезать крышу. – Ответил ей начальник.

Лев облизнул губы, услышав, как тихо молится женщина-водитель. Ей не следовало этого делать, она и так задыхалась.

– Поддерживаем крышу! Аккуратнее! – Командовал Андрей где-то рядом, но вне зоны их видимости. – Держи, Никит! Возьмись удобнее! Вот так, да.

Устойчивость пожарных на ногах и слаженность их действий усложнялась тем, что приходилось удерживаться на наклонной плоскости кювета, напоминавшего покатый бетонный желоб.

– Все! – Сделав последний надрез, сказал Лев.

Кирилл страховал его, остальные поддерживали крышу. Нужно было поднять ее, а затем удалить острые кромки и накрыть остатки стекол защитными материалами.

– Есть! – Выдохнул Андрей, когда крышу осторожно оттащили в сторону.

Алого цвета полотно тут же опустилось туда, где было лобовое стекло. Никто не должен был пораниться при транспортировке пострадавших в карету скорой помощи.

– Вот так. – Ева аккуратно срезала ремни безопасности, и другие пожарные вытащили по очереди детей.

– Все хорошо, их вытащили. Они в надежных руках. – Произнес Лев, заметив слезы в глазах женщины-водителя, которая из-за фиксирующего бандажа на шее не могла повернуться. – Сейчас займутся вами.

Ее лицо уже было слегка синюшным, зрачки расширились. Она вот-вот могла потерять сознание. Наверняка, все происходящее вокруг казалось ей хаосом: крики, указания, шелест раций, люди, носящиеся вокруг. Это могло пугать. Но пожарные действовали слаженно, и все для того, чтобы эффективно помочь пострадавшим.