Келли вытерла пот со лба тыльной стороной рукава. Она зачесала назад свои густые вьющиеся волосы и заплела их в свободную косу, убрав большую часть прядей с лица.

— Я могу начать волноваться, если увижу еще одного из них.

— А сейчас ты еще не волнуешься? — спросил Коул.

— Сейчас я спокойна. Ты еще не видел, как я волнуюсь.

— А как насчет того раза, когда на нас напали те существа, похожие на кабанов и слонов, и…

— Коул, — Келли уставилась на него, плотно сжав губы.

— Мы все были напуганы, но…

Почему-то Келли уставилась на него пристальнее.

Коул махнул рукой и покачал головой.

— Хорошо, хорошо.

— Я думаю, что мы все неплохо держались вместе, учитывая это, — сказала Лейси.

Кетан хмыкнул.

— Ты хорошо сражалась. Но теперь ты должна идти, а не разговаривать.

— Всегда засираешь вечеринки, да?

— Я не знаю вечеринки, но я на это не какал.

Айви разразилась смехом. Она прикрыла рот рукой, чтобы приглушить звук, но он снова вырвался, когда Диего сказал:

— Если ты не знаешь, что это, откуда ты знаешь, что ты на это не какал?

Другие люди присоединились к ее веселью, и Кетан поднял свои жвалы в улыбке. Их веселье казалось искренним; это многое значило после такого дня, какой был у них сегодня.

Продвижение по трясине было медленным, хотя и не таким медленным, как ожидал Кетан. Они пересекали твердую почву там, где могли, но в основном использовали для передвижения ветки и корни — здесь это было возможно, потому что многие из них были ближе к уровню земли, чем где-либо еще в джунглях. Как только они определили наилучший способ доставить людей и припасы вверх и вниз по этим надземным переходам, путешествие стало более плавным.

Здесь у многих деревьев была обширная паутина извилистых, запутанных корней, отходящих от оснований в стороны, как над, так и под водой. Такие корни образовывали естественные мосты во многих местах, но переходы были нелегкими. Люди часто спотыкались и почти падали, и каждый в племени хотя бы раз испытывал приступ страха, когда дерево под ними стонало и шаталось.

Как будто новых зверей, растений и троп было недостаточно, чтобы занять внимание Кетана, нужно было следить за Терновыми Черепами. Их разведчики, несомненно, заметили бы племя еще до того, как они достигли бы дальнего края трясины — этого нельзя было избежать, — но Кетан хотел знать, когда наступит этот момент. Здесь у Терновых Черепов и так было достаточно преимуществ, и Кетан не хотел позволить им воспользоваться преимуществом внезапности.

Пронзительный крик заставил Кетана остановиться. Он развернулся с поднятым копьем и широко раскрытыми жвалами и увидел, что Келли наклонилась и отчаянно хлопает по своим длинным волосам, выбившимся из косы. Ее речь была слишком быстрой и сбивчивой, чтобы он мог ее понять.

Уркот подошел к Келли сзади и положил одну руку ей на плечи, большим пальцем обвив ее шею сбоку, чтобы успокоить, а затем другой рукой вытащил что-то из ее волос.

Коул отшатнулся.

— О блядь, что это, черт возьми, такое?

— Что это? — спросила Келли.

Кетан мельком заметил тонкие, извивающиеся ножки и трепетание крошечных крыльев существа в руках Уркота. Уркот сжал вместе большой и указательный пальцы. Раздался хруст, и густая желто-зеленая слизь потекла из существа по руке Уркота. Он отбросил это существо.

— Ты в безопасности, женщина, — сказал Уркот по-английски с сильным акцентом, скользнув рукой по затылку Келли, чтобы вернуть ей вертикальное положение. — Это ушло.

Келли вздрогнула, ее лицо за взъерошенными волосами исказилось от отвращения.

— Фу. Я ненавижу жуков, — она бросила взгляд в сторону Уркота. — Не ты. Я имею в виду, что пауки на самом деле даже не жуки.

Уркот наклонил голову, неуверенно подергивая жвалами.

— Не паук. Уркот.

Келли усмехнулась.

— Да, это нам уже вдалбливали. Не паук.

Он убрал руку с ее шеи и пригладил волосы. Задумчиво хмыкнув, он взял кудрявую прядь между указательным и большим пальцами, отделил ее от остальных и нежно потрепал. На языке вриксов он сказал:

— Такая мягкая. Она похожа на распушенный шелк.

Приподняв бровь, Келли протянула руку и деликатно забрала волосы из рук Уркота.

— Не уверена, что ты только что сказал, но, гм, спасибо, большой парень.

Уркот стукнул себя кулаком в грудь.

— Уркот.

— Да, я знаю, — она постучала себя по груди. — Келли. Думала, мы уже давно знакомы.

Он раздраженно покачал головой. Он обхватил ее подбородок, слегка сжав щеки, так, что ее губы приоткрылись, и притянул ближе.

— Скажи. Уркот.

Келли нахмурила лоб, и ее руки поднялись, чтобы схватить его за руку. Она посмотрела ему в глаза.