Она потрясла его:

– Проснись!

Глаза Фабиана на миг открылись и тут же снова закрылись.

– Обитатели стоков забрали его, – пробормотал он и попытался повернуться на другой бок.

– Фабиан!

Она откинула одеяло. От внезапного холода Фабиан свернулся калачиком, как белка. Таня снова потрясла его.

– Роуэн ушла! – яростно прошептала она. – Вставай, быстро!

Фабиан приподнялся в кровати, страница прилипла к его щеке.

– Куда ушла? Что? – Он поправил очки и отлепил бумагу.

– Не знаю! – прошипела Таня, кидая ему подобранные с пола скомканную рубашку и брюки. – В том-то и дело. Одевайся, пойдем за ней. Отличная пижама, кстати.

Фабиан сонно моргнул и окинул себя взглядом. Темно-синюю ткань расцвечивал яркий рисунок Солнечной системы.

Таня отвернулась, чтобы дать ему переодеться, но он подскочил к двери так быстро, что стало ясно: просто натянул одежду поверх пижамы.

– Пошли.

Они спустились по лестнице, держась рядышком, чтобы ступеньки меньше скрипели. Разлегшийся у дедушкиных часов Вулкан недовольно уступил им дорогу.

Фабиан выудил носки из неразобранной кучи стираного белья в прихожей и натянул их.

– Вот ведь Нелл… Носки даже не высохли толком.

Войдя в кухню, Таня быстро надела Оберону поводок.

– Ты хоть видела, в какую сторону она пошла? – спросил Фабиан. – На дорогу или к лесу?

Таня покачала головой:

– Не видела. Но думаю, надо идти на дорогу. Если Роуэн так старается держаться подальше от фейри, то вряд ли отправится в лес, где их полным-полно.

– Это осмысленно, – согласился Фабиан. – Где все-таки мой второй ботинок?

Оберон спрятался за Танину спину, когда Фабиан вытащил из его корзины пропавший ботинок, теперь несколько погрызенный. Свирепо взглянув на пса, Фабиан обулся со всем достоинством, на какое был способен.

– Ты права. Ключ Роуэн пропал, – прошептал он, открывая входную дверь и доставая из кармана свой.

Чтобы никого не побеспокоил хруст гравия, они пошли через двор по тропинке.

– Придется бежать, – сказала Таня, когда они благополучно миновали ворота.

На дорогу меж тенями деревьев падал лунный свет.

– У нее по крайней мере минут десять форы. Может быть уже где угодно.

– Тогда двигаем к автобусной остановке, – сказал Фабиан. – Все пути оттуда расходятся.

Они бежали молча, бок о бок, Оберон чуть впереди. Через пять минут показался перекресток.

– Помедленнее, – с трудом выдохнул Фабиан. – Если она рядом, может нас услышать.

Они чуть сбавили шаг, хотя тяжелое пыхтение Оберона все равно нарушало тишину. Таня оглядела расходящиеся дороги. Даже днем здесь не наблюдалось оживления. Сейчас же, ночью, они и вовсе были пустынны.

– Мы опоздали, – ахнула Таня. – Мы потеряли ее.

– Не сдаемся. Она могла пойти или сюда, – Фабиан кивнул налево, – или туда, в сторону Тики-Энда. Давай выберем и рискнем. Вряд ли мы так уж сильно отстали.

Таня озиралась вокруг. Ей отчаянно хотелось знать, где Роуэн и что происходит.

– Решай ты, – наконец сказала она. – Я чувствую, что, какой путь ни выберу, будет неправильно.

Фабиан провел рукой по непослушным волосам.

– Тики-Энд, – определился он, будто что-то вспомнив. – Я сейчас сообразил. На прошлой неделе после школы она разговаривала с бездомной девицей на улице. Вела себя так, будто не знает ее, но я слышал, как та назвала ее Рыжей. Именно тогда она и начала странно вести себя. Это как-то связано с той девицей, я уверен. Давай, пойдем сюда.

Таня шагнула за ним, но резкий рывок остановил ее. Оберон сопротивлялся: натянул поводок и смотрел в противоположную сторону, подергивая носом и насторожив уши.

– Подожди-ка.

– Что с ним? – нетерпеливо спросил Фабиан.

– Он не хочет в ту сторону, – сказала Таня. – Тянет в другую. Что-то учуял – наверное, Роуэн!

Они быстро пошли за Обероном, стараясь не нарушать тишину, и меньше чем через минуту уже оказались наверху холма. Перед ними расстилалась дорога. Мальчишеской фигуры Роуэн нигде видно не было. Однако по обочине бежал какой-то небольшой зверек.

Конец ознакомительного фрагмента.