– Зачем ты так поступаешь?! – вскрикнула Принцесса. – Ты понимаешь, насколько это… это даже не глупо, это чертовски опасно! Опасно для всей нашей страны, для нашего народа! Если правда раскроется, а она со временем раскроется, самое малое, на что мы можем надеяться, это бунт народа!! А если на нас нападут другие страны?! Что тогда мы будем делать?!

– Ни бунта, ни нападений не будет! – рявкнул Король, слегка толкнув дочь в плечо, тем самым усаживая её обратно в кресло. – Ты – Кларенс, – повторил он, словно пытаясь вдолбить ей это в голову. – И в двадцать лет ты женишься на дочери французского Короля, как это и было запланировано. Через некоторое время Клод узнает правду, мы всё объясним ему. Проблем не будет.

– Ты так в этом уверен?.. – её голос звучал скептически. – С таким же успехом я могу выйти замуж за Кристофа. Что тебя не устраивает в этом варианте?!

– Тогда Королём будет Кристоф. А если ты женишься на Антуанетте, Королём будешь ты, то есть Кларенс.

– Кларенс мёртв, – повторила девушка.

– Кларенс жив, – строго, с лёгким рычание сказал Король. – И он сидит прямо передо мной.

– Отец…

– Подстригись до той длины, что была у твоего брата. И постарайся вести себя как можно ближе к тому, как вёл себя он. Ты ведь справишься с этим?

– Да… справлюсь…

– Вот и чудно, – он отошёл от кресла к окну, убрав руки за спину. – Можешь идти. И даже не смей меня подводить.

– Да, отец…

Лилиан поднялась с кресла и тут же вышла из кабинета. Ноги её казались ватными, идти было тяжело. Дыхание спёрло, в глазах стояли слёзы. Дышать было категорически тяжело. Сердце бешено стучало. Внутри всё разрывало от страха.

«Почему… почему всё так обернулось… Отец… я никогда не видела его таким… Таким… устрашающим?.. Почему он вообще решил поступить именно так?! Это же очень глупо! Это опасно! Это… это… это эгоистично… – мысли летали в её голове настоящим роем, путаясь и мешая ей мыслить здраво. – Такими действиями мы просто порочим имя брата… Он этого не заслуживает!!»

Девушка зашла в свои покои и, прижавшись спиной к двери, скатилась вниз, на пол. По её щекам потекли слёзы, попадая ей в рот и под воротник выходного платья. У неё началась истерика. Принцесса закрыла рот рукой, стараясь не издать и звука – лишнее внимание ей было совсем не нужно, тем более, когда такое состояние было вызвано никем иным, как её отцом, к тому же ещё и из-за покойного брата.

Лилиан добралась до кровати ползком, держа рот всё также закрытым. Из её уст вылетали стоны и всхлипы, слёзы падали на мягкий ковёр, разлетаясь на маленькие частицы и впитываясь в ворсинки. С трудом поднявшись и сев на кровать, девушка дрожащими руками взяла графин и, немного пролив на тумбу, налила полный стакан воды. Чисто выпить тоже не удалось: какая-то часть воды пролилась на её платье и покрывало.

Спокойствие не настигло её сразу же, но истерика отошла на задний план. Слёзы продолжали течь, всхлипы периодически вылетали из её уст. Правая рука сжимала платье в области сердца, что безумно болело, разнося эту боль по всему телу. В голове продолжали метаться мысли. Страх поглощал её изнутри, не давая девушке окончательно прийти в себя и ещё больше загоняя и причиняя ей боль.

В дверь постучали. По голосу, что пытался дозваться от Принцессы, Лилиан поняла, что пришла служанка. Видимо, Король послал выполнить свою же просьбу: подстричь дочь под умершего сына.

Лилиан сделала глубокий вдох, вытерла слёзы покрывалом, даже не удосужившись аккуратно уложить его обратно, резко встала и, несмотря на боль в голове и в области груди, подошла к двери и тут же её открыла. За порогом и правда стояла её служанка – Хелен, а за её спиной находился, по всей видимости, дворцовый парикмахер.

– Тебя прислал отец? – немного грубо, с хрипотцой в голосе задала вопрос Лилиан.

– Г-госпожа… – ойкнула служанка. – Что с Вами?..

– Неважно, – она отошла, впуская их в покои. – Делайте уже быстрее, что вам приказали, и валите к себе. Не хочу сейчас находиться в обществе людей.

Хелен посмотрела на парикмахера, потом вновь на Принцессу. Кивнув, она зашла вместе с мужчиной и подошла к столу, за которым девушка и её брат обычно делали домашнее задание и записывали на память прожитые дни в дневники, тщательно скрытые от чужих глаз. Лилиан подошла к ним, уселась на стул, выпрямив спину и приподняв подбородок. Она сидела неподвижно, с закрытыми глазами, не подавая вида на малейший признак недавно отступившей истерики. Хелен же, до безумия уважая и любя Принцессу, не могла отвести от неё взволнованного взгляда.

Когда работа была окончена, парикмахер снял с девушки накидку и отошёл на два шага назад, прикрыв смиренно глаза. Служанка не сказала ни слова, лишь прижала пальцы к губам и затаила дыхание; она слишком боялась реакции госпожи на свой обновлённый образ – всё-таки Принцесса действительно теперь уже, с новой причёской, являлась точной копией своего покойного брата.

Лилиан медленно открыла глаза. Ресницы дрогнули, из уст вырвался резкий выдох. Она медленно повертела головой, рассматривая новую длину, новую причёску.