Та-ак… Меня всего полтора дня не было, а тут уже какой-то кипеш. По-любому, это все бойкая Юля затеяла.

Но у Анюты тоже глаза горят. И это очень хорошо. Я рад, что она не впала в депрессию.

А из меня вчерашний день выжал все соки. Освободился поздно, не стал беспокоить Анюту. Сегодня тоже было жестко. Но, стоило мне увидеть распахнутые глаза пугливого страусенка – и сразу отпустило.

А, впрочем, не такая уж она и испуганная сегодня. Похоже, страусенок, вытащил голову из песка, огляделся, встряхнулся, и давай галопом скакать по прериям.

– Мне нужны подробности, – говорю я, глядя ей в глаза.

И с трудом удерживаясь от того, чтобы не обнять.

– Я не хочу жить в нашей… в той квартире.

– Понял.

– Все равно мы будем ее делить.

– Да. И это займет время.

– Я не могу там оставаться! Там все так, как хотел Коля. Все напоминает о нем. Понимаешь?

– Принял. Найдем тебе хорошую квартиру.

– Мы уже нашли, – встревает Юлька.

Которая все это время сверлила меня изучающим взглядом.

– Совсем рядом, – поддакивает Анюта.

– Ты с нами?

– Конечно.

Мы выходим на улицу.

Я иду рядом с Анютой, Юля идет чуть позади, и я чувствую, что у меня дымится затылок от ее взгляда. Она уже осмотрела меня от галстука до носков, успела просканировать безымянный палец и заценить марку моих часов. А сейчас, видимо, пытается прожечь дыру в башке и изучить ее содержимое.

Наши с Анютой пальцы случайно соприкасаются, я на пару секунд сжимаю ее ладошку, она отвечает мне тем же. И мы тут же разжимаем руки, как нашкодившие школьники. Потому что за нами следят!

А нельзя ли куда-нибудь мягко послать эту Юлю?

* * *

Мы заходим в квартиру, которую Аня нашла на Авито. Две комнаты, крошечная кухня, бабушкин ремонт и затхлый запах.

– У нас прекрасный вид из окон, – тараторит хозяйка.

Тетка средних лет, которой квартира явно досталась по наследству.

– Вид хороший, все остальное – отстой, – высказываюсь я.

И ловлю одобрительный взгляд Юли.

А через пару минут она уже буравит меня глазами с неприкрытым осуждением. Потому что, пока Аня ходит за хозяйкой и выслушивает, как та льет ей в уши, я сижу в телефоне. Общаюсь с одним из своих риэлторов.

– Самый центр, – вещает хозяйка. – Рядом школа и магазины.

– Солнечная сторона… – повторяет за ней Анюта.

Пытаясь примирить себя с непрезентабельной реальностью.

Юля, тем временем, пытается незаметно заглянуть в мой телефон. Говорю же, заноза в заднице…

– Пойдем отсюда, – я беру Аню за руку. И обращаюсь к хозяйке. – Скиньте десятку и честно напишите в объявлении, что ремонта не было лет тридцать. Тогда будет шанс сдать.

Она сначала возмущенно открывает рот, потом закрывает его. И выдает:

– Ладно, я готова скинуть пять тысяч.

– Семь, – влезает Юля. – Скидывайте семь и по рукам.

Хозяйка смотрит на нее сомнением.

– Можно и семь… Но коммуналка…

Пора остановить этот беспредел.

– Нам этот клоповник не подходит.

Я выхожу из квартиры и вытаскиваю за собой Анюту.

– Подожди… – лепечет она. – Это хорошее предложение!

* * *

– Ярослав, ты что себе позволяешь? – нападает на меня Юлька, когда мы оказываемся на улице.

Аня тоже смотрит с удивленным упреком.

– Это не квартира, а говно, – говорю я.

– Но она подходит мне по цене! – возражает Аня. – И к работе близко.

– Категорически не советую.

– Есть другие предложения? – спрашивает Юлька.

А в глазах читается: кто ты такой, чтобы раздавать советы?

– Есть, – отвечаю я. – Трешка на соседней улице. Новый дом, свежий ремонт, автономное отопление.

– А цена?

– Приемлемая.

– Приемлемая для кого? Все новые квартиры в центре стоят баснословных денег.

– Приемлемая для нас, – говорю я.

– Для нас? – голос Анюты звучит напряженно.

– Ярослав, а ты, вообще… кто? – не выдерживает Юлька.

– Я Бэтмен, – отвечаю спокойно. – Личный Бэтмен Анюты.

Ярослав

– Я всегда хотела “остров” на кухне, – произносит Анюта, поглаживая столешницу из керамогранита.