– Ешь, тебе полезнее, – и сам приступил к завтраку. – Что ещё говорят?

Тёма спорить не стал, намазал на хлеб с маслом неродившихся осетрят и неопределённо помотал головой:

– Ничего особенного, кроме собаки, ну и бытовухи: кто как спал, кто с кем пытался закрутить…

Игорь кивнул. Бытовуха тоже могла быть интересной, но, пожалуй, сейчас у него не было настроения её обдумывать.

– Скажи Паше, пусть проанализирует, что говорят, может выцепит что-то интересное, – распорядился Князев. Тёма понятливо кивнул, выгребая из пиалы остатки икры. Игорь же разделался со своей порцией завтрака и собрал тарелки на поднос. Прощаться с подчинённым не стал – ещё увидятся – и отошёл к стойкам, куда ставили грязную посуду. В голове брезжила какая-то мысль, но её не получалось поймать за хвост.

Возможно, прогулка по морозу могла бы помочь собрать воедино всё, что удалось на данный момент узнать?

Игорь подошёл к администратору, приятно удивившись, что на этот раз дежурила молодая, не старше двадцати лет девушка, и поинтересовался показаниями термометра. А потом, рассматривая симпатичное лицо, умело тронутое косметикой, не удержался и улыбнулся:

– А вы тут часто дежурите?

– Тётку подменяю, она что-то разболелась, – тут же заулыбалась та. Князев мысленно хмыкнул: понятно, чего «тётка разболелась», хотя, казалось бы, в Древово жители чувствовали себя удивительно уверенно. Дома, в Москве, Игорь уже ловил себя на мысли, что атмосфера в городе нервная, гнетущая; постепенно с полок исчезали привычные товары, а в новостях рассказывали не самые приятные вещи. Но то – новости, а по долгу службы Игорь прекрасно видел, что проблема гораздо глубже и опаснее, но лезть в политику не торопился. Мог бы?

Мог.

Но не считал себя вправе использовать как служебное положение, так и способности Зрячего. Тем более, что пришлось бы сразу увозить родителей куда подальше, чтобы они не попали под удар, который – он не сомневался – был бы жёстким и жестоким.

Нет, Игорь планировал и дальше служить своему народу, но лучше на своём месте, обеспечивая ту безопасность, которую он мог гарантировать, не рискуя родными.

С другой стороны, осуждать девушек, желающих найти выгодную партию из больших городов, Игорь тоже не мог. Это был их собственный выбор и собственный путь.

– Ну, здоровья тётушке, – он глянул на часы. – Сегодня опять актировка?

– Ага, – девушка не переставала улыбаться, – меня Алёна зовут, если что. А вы что-то хотели? Могу что-нибудь рассказать про наши места.

Князев коснулся пальцами подбородка, потом кивнул:

– А расскажите, – идеально попадая в нужную интонацию для доверительной беседы, – правда, что волк лютует? Я волков не видел – в экспедициях обычно везло. Но в посёлке? В самом его центре?

– Ох, – она нахмурилась, потом пожала плечами, – да кто его знает… – чуть помолчала. – Много чего говорят. Но вы не бойтесь, он же ночью промышляет, а вы обычно ночуете здесь.

– Ну ладно, я-то не боюсь, а вы как домой добираетесь? Страшно?

– Смена с восьми утра до восьми утра… Я потом просто подожду, как будет светло, и пойду.

– А шаманы тут у вас бывают?

Алёна моргнула, потом рассмеялась:

– Да какие шаманы? Ну… Ведьма, говорят, есть. То есть бабка, вроде травами лечить умеет, но она вообще не в Древово живёт, а в пяти километрах, на окраине другой деревни.

– Понятно…

В такой мороз никакая бабка не дошла бы через лес, даже если по дороге. С другой стороны, существо, которое Игорь видел ночью, было неизвестно чем. И сколько оно могло пройти и по чьему приказу – огромный вопрос.

И по приказу ли?

Но смерти подростка (не самого любимого окружающими) и собаки вряд ли были случайностью. Значит, можно было допустить, что тварь управляема.

Сущностью? Они вышли на новый уровень?

Игорь спросил, не принести ли чего из магазина, и Алёна смущённо попросила сладкого. Тогда Князев поднялся наверх, оделся потеплее и отправился на улицу. Ему самому хотелось чем-то разнообразить столовское меню и заодно осмотреть место, где «волк» задрал собаку.

От гостиницы, мимо двух других трёхэтажных зданий (Игорь знал, что это общежития) вела узкая, протоптанная в сугробах, тропинка. Снег слепил глаза, отражая по-зимнему низкое, но яркое солнце на чистом, без единого облачка, голубом небе. От земли поднимался белёсый туман, создавая удивительно сказочный пейзаж.

Игорь чувствовал, как постепенно покрываются инеем ресницы и брови, и это чувство ему, как всегда, не понравилось. Хотелось бы проводить расследование при температуре повыше… градусов хотя бы на сорок, но выбирать не приходилось. Подумав, Князев пробормотал несложное заклинание и создал вокруг головы кокон теплоты. Не сорок градусов разницы, конечно, но стало немного проще жить. Хватало такого кокона часа на два при таком размере, но дольше гулять по улице мужчина и не планировал.

Он прошёл мимо магазина, глянул на часы работы, написанные от руки, и прикинул, что до полудня успеет вернуться и купить всё, что нужно. Собрался идти дальше, когда дверь магазина вдруг открылась, и оттуда вышли две невысокие, основательно укутанные в шубы и шарфы, фигуры. И Князев бы не обратил на них внимания, если бы не отчётливое ощущение, что одна из этих фигур – Зрячий.

Игорь подошёл ближе, здороваясь погромче. Через шарф голос звучал глухо, и пришлось приложить усилие, чтобы быть услышанным. На него глянули две пары глаз – голубые под рыжими бровями и карие под чёрными.

– Здрасьте, – ответила рыжая девушка, – мы знакомы?

Зрячей была не она. Игорь мотнул головой:

– Нет, не знакомы, но я хотел бы познакомиться. Наверное, тут слишком холодно для беседы?

Рыжая хохотнула через пуховой платок:

– Да, вот незадача, для танцев тоже не время и холодно!