Нас с Кайлом и Томом тоже привлекали как к домашним делам, так и к закупкам продуктов, да и всего необходимого. Но одно дело – рынок, хотя там я бывала редко, потому как совершенно не умела торговаться. А вот такая активность в ранние рассветные часы была мне незнакома. Я не понимала, как люди могут шутить с самого утра. Широко улыбаться и обмениваться новостями, тогда как сами были в дороге немало часов и провели бессонную ночь? Мне было сложно сохранять жизнелюбие, если я не высыпалась! Вот и сейчас я стояла на обочине и внимательно следила за тем, кто подъезжал к стоянке, а кто собирался уезжать. Мое внимание привлек один мужчина. Седой, в вязаной шапочке, какие чаще всего носили рыбаки. У него было обветренное лицо и натруженные руки. Но главное – он ехал на небольшой телеге. В ней лежали пара тюков, немного соломы и две бочки. А сам мужчина выглядел достаточно угрюмым, чтобы мне понравиться. Ну, не может нормальный человек быть в столь ранние часы настолько жизнерадостным, как большинство тех, кто здесь находился!

Быстро перейдя дорогу, я подошла к незнакомцу и, вздохнув, постаралась быть любезной:

– Добрый день, – поздороваться ведь это уже залог успеха. – Можно попроситься к вам попутчицей?

Мужчина обернулся через плечо и окинул меня хмурым взглядом, молча кивнул на телегу.

– Простите?

Я не сразу поняла, что он имел в виду. То ли, что мне можно занять место среди тюков и бочек, то ли меня только что отправили куда подальше.

– Мешок принеси с телеги, говорю, – буркнул недовольно и отвернулся, продолжая проверять подпругу лошадки.

Пожав плечами, не стала отказывать в помощи.

Мешок, к счастью, оказался не слишком тяжелым, поэтому мне удалось его дотащить, ни разу не уронив.

– Куда его?

– Здесь брось. Да второй неси.

– Остальные тоже сюда?

– Ну неси все, раз резвая такая.

Странный разговор и достаточно сухие ответы меня не расстраивали. Наоборот, я могла только порадоваться, что от мужчины не следует множества вопросов. Даже если он не согласится меня взять в попутчики, от того, что помогу пожилому человеку, от меня не убудет. А разговоры, кому они нужны?

Перетаскав мешки, а всего их было пять штук, я замерла рядом с телегой и с удовольствием подставила лицо ласковому солнцу. Наслаждаться тишиной и спокойствием мне удалось не так чтобы и долго, но стоянка успела почти опустеть. Почтовая карета, на которой я добралась сюда, давно уехала, еще несколько таких же тоже тронулись в путь. Сейчас тут оставались в основном такие же, как мой незнакомец, мужики. Кто на пустой телеге, кто на нагруженной. Из этого можно было сделать выводы, что одни возвращаются домой, а другие, наоборот, едут продавать свой товар в соседние города да деревни. Но меня интересовали только те, кто едет или южным, или восточным путем. Остальные две дороги были закрыты. Одна вела в сторону дома, а по второй отправилась та почтовая карета, в которой меня, уверена, будут искать.

– Эй, девчонка, – свистнув, мужчина, которому помогала, привлек мое внимание. – Тебя как зовут-то хоть?

– Эва, – приоткрыв глаза, покосилась на говорившего.

– А я угрюмый Боб. Если не передумала, то я ехать собираюсь.

– Отлично! – поправив на плече сумку, обошла телегу и ловко запрыгнула в повозку рядом с Бобом.

– И что, даже не спросишь, куда я еду?

– А зачем? – удивленно посмотрела на него. – Вы выбрали дорогу, которая меня интересовала, сколько смогу, проеду с вами, а там видно будет.

– Деньги-то у тебя есть, деловая? – впервые усмехнулся мужчина.

– Дорогу оплатить хватит.

– А ты не болтливая, – уже гораздо шире улыбнулся Боб, – может, и не зря ты мне понравилась. Ну что, Эва, держись крепче.

Щелкнули поводья. Телега, качнувшись, тронулась с места и заскрипела на ухабах. Чем дальше мы уезжали от стоянки, тем спокойнее мне становилось. Устроившись поудобнее, прикрыла глаза. Пока не начнется солнцепек, может, удастся подремать пару часиков, а то ночь выдалась слишком уж беспокойной.

С угрюмым Бобом я провела еще четыре дня. Могла бы и дальше путешествовать в компании добродушного, но не особо разговорчивого мужчины, но побоялась, что меня найдут. Боб был замечательным. Из наших скупых разговоров я узнала, что у него есть жена – добрая хохотушка, по словам мужчины. А также две дочери, обе помладше меня. Вообще-то так сильно задерживаться в компании Боба я не собиралась, но наша первая же остановка у неизвестного мне трактира изменила все.

Как выяснилось, в бочках мой случайный знакомый вез масло. Ароматное, желтое и тщательно взбитое руками жены Боба. Вез он его продавать, а вот владелец трактира решил моего попутчика обмануть. Я сначала даже и не думала вмешиваться в дела взрослого мужика, сидела себе спокойно на скамье рядом со входом в трактир и с удовольствием пила ягодный отвар, пока не почувствовала, как спина начинает зудеть. Так всегда бывает, когда моя сила чувствуют ложь. Вот и в этот раз произошло так же. Завертев головой, я поднялась со своего места и, пройдя всего несколько шагов, услышала разговор хитрого хозяина и своего знакомого. Боб возмущался, что ему не хотят выплачивать сумму, о которой был уговор, а высокий сухопарый мужик с хитрыми глазками нагло врал: