— А я не надеюсь на это, — отвечал старший лейтенант.

— Быть может вы позволите мне, сэр, обсудить этот пункт? — сказал Джек.

— Нет, сэр, я никогда не позволяю рассуждать; не угодно ли вам отправиться на другой конец палубы.

— О, с удовольствием, сэр, если вы этого желаете.

Первая мысль Джека была отправиться на берег без отпуска, но Гаскойн отговорил его, сказав, что это не понравится капитану Уильсону.

— Да в этом и надобности нет, Джек, — прибавил он, — через день или два Поттифер помирится с капелланом, и тогда нетрудно будет получить отпуск.

На следующее утро капитан Уильсон приехал на корабль и после молитвы сказал Джеку:

— Мистер Изи, губернатор просил меня привезти вас к нему обедать. Вы можете и ночевать у него.

С губернатором, большим приятелем Уильсона, Джек познакомился еще в прошлое свое пребывание на Мальте. Сэр Томас очень полюбил молодого человека, часто приглашал его к себе и заставлял его рассказывать свои похождения.

Выслушав капитана, Джек притронулся к шляпе и побежал в каюту собираться на берег. Кончив свои несложные приготовления, он снова поднялся на палубу, но капитан был еще не готов. Джек подошел к мистеру Поттиферу и сказал, что капитан приказал ему отправиться вместе с ним на берег. На это мистер Поттифер, раздражение которого давно улеглось, ответил очень любезно:

— Очень хорошо, мистер Изи, желаю вам веселиться.

«Это совсем не похоже на вчерашнее, — подумал наш герой, — дай-ка я попытаю насчет универсального лекарства».

— Я не совсем здоров, мистер Поттифер, — сказал он, — а докторские пилюли совсем не помогают мне; я всегда становлюсь болен, если долго остаюсь без моциона на чистом воздухе.

— Конечно, — отвечал старший лейтенант, — чистый воздух и моцион необходимы для здоровья. Но докторским лекарствам я не придаю никакого значения; только универсальное лекарство стоящая вещь.

— Я не прочь бы испытать его, сэр, — сказал Джек. — Я читал как-то, что если принимать его ежедневно в течение двух или трех недель при постоянном моционе на чистом воздухе, то оно делает чудеса.

— О, да, это верно, — отвечал мистер Поттифер, — и если вы хотите испытать его, то я могу вас снабдить им, у меня большой запас.

— Пожалуйста, сэр, не откажите объяснить, как часто его принимать: у меня каждый день болит голова.

Мистер Поттифер повел Джека в свою каюту, вручив ему бутылку микстуры, объяснил ему, что принимать нужно по тридцати капель вечером, ложась в постель, пить не более двух стаканов вина в день и избегать солнечного зноя.

— Но, сэр, — заметил Джек, засунув бутылку в карман, — боюсь, что мне не долго им пользоваться, так как когда на корабле начнутся работы, я целый день буду оставаться на солнце.

— Да, если б мы не могли обойтись без вас, мистер Изи; но у нас много людей, и раз вы нездоровы, мы не можем требовать от вас работы. Берегите здоровье; и я надеюсь, нет, я уверен, что это лекарство окажется вполне действительным.

— Я начну с сегодняшнего же вечера, сэр, — ответил Джек, — я вам очень обязан. Сегодня я ночую у губернатора, нужно ли мне завтра утром возвращаться на фрегат?

— Нет, нет, зачем же; позаботьтесь о своем здоровье, мне будет очень приятно узнать, что вы поправились. Не забудьте черкнуть мне о действии лекарства.

— Непременно, сэр, — сказал обрадованный Джек, — я очень вам признателен, сэр. Гаскойн и я давно хотели попросить у вас лекарства, да не решались; он, бедняга, страдает от головных болей почти так же, как я, а докторские пилюли ему не помогают.

— Я дам и ему лекарство, мистер Изи; то-то я заметил, что он такой бледный. Я поговорю с ним после обеда. Помните же, мистер Изи, умеренный моцион и избегать солнечного зноя в полдень.

— Да, сэр, — отвечал Джек, — не забуду.

Затем он простился со старшим лейтенантом, сообщил Гаскойну о своем разговоре с ним и вскоре был на берегу с капитаном.

«Аврора» стояла в гавани уже семь недель, так как даже мачты пришлось сделать новые. И вот однажды за завтраком у губернатора капитан Уильсон получил письмо и, пробежав его, положил на скатерть с выражением величайшего изумления на лице.

— Праведное небо! Что бы это могло значить? — сказал он.

— В чем дело, Уильсон? — спросил губернатор.

— А вот послушайте, сэр Томас. — Капитан Уильсон прочел по-испански следующее:

«Милостивый государь! Имею честь уведомить вас, что почтенная синьора Альфоргас де Гузман, ныне покойная, отказала вам в своем завещании тысячу дублонов золотом за услуги, оказанные вами ей в ночь двенадцатого августа. Если вы уполномочите кого-нибудь из здешних купцов получить эти деньги, они будут выданы немедленно или доставлены по адресу, какой вам угодно будет указать.