Теперь он стал потеть и потирать руками спину, заявив, что ему нехорошо. Аллен пояснил, что сержант напечатает его показания и предложит их прочитать и подписать, если он решит, что все записано верно.

— Потом можете возвращаться к мистеру Уиплстоуну.

К Чаббу вернулись его прежние манеры:

— Простите, сэр, я не знал, что вы знакомы…

— Я очень хорошо знаю мистера Уиплстоуна. Он мне о вас рассказывал.

— Да, сэр. Это все, сэр?

— Пока да. Спокойной ночи, Чабб.

— Спасибо, сэр. Доброй ночи, сэр.

Покинул он комнату, сжав кулаки.

— Десантные части, да? — позволил заметить сержант.

Фокс пока делал все, что мог, с группой из пяти особ, утомлённо восседавших в апартаментах, которые во время приёма служили небольшим баром и курительной для мужской половины гостей. Там пахло застоявшимся табачным дымом, алкогольными испарениями, несвежим дыханием и сандалом, который пропитал все вокруг.

Группа, которую допрашивал Фокс, состояла из чернокожего поверенного в делах и его жены, последнего губернатора Британской Нгомбваны с женой и баронета сэра Джорджа Аллена. Из двенадцати гостей лишь они помнили хоть что-то, отчасти связанное с событиями в павильоне.

Экс-губернатор сэр Джон Смит вспоминал, что сразу после того, как прогремел выстрел, все кинулись вперёд. Ему возражала леди Смит, которая утверждала, что если речь идёт о ней, она оставалась в кресле. Жена поверенного, которая едва говорила по-английски, сообщила при помощи мужа, что и она осталась сидеть. Фокс вспомнил, что миссис Аллен по совету мужа тоже не трогалась с места. Поверенный утверждал, что кресла были расставлены в форме буквы V с президентом и послом на вершине, гости образовали два расходящихся крыла.

— Значит, вот как это было, — протянул Фокс. — Понимаю. Когда вы встали, то очутились между президентом и проёмом в павильоне, верно?

— Вот именно, мистер Фокс, вот именно, — подтвердил сэр Джордж, который пытался держаться с какой-то растерянной фамильярностью. С самого начала он заверил Фокса, что много о нем слышал, на что что Фокс заметил: — В самом деле, сэр? Будьте любезны назвать свою фамилию…

Сэр Джордж помнил точный порядок, кто где сидел, и хотя Фокс уже получил эти сведения от Аллена, он с серьёзным видом все записал. Слева от президента сидели посол, сэр Джон и леди Смит, жена поверенного, поверенный, гость, который уже ушёл домой, и сэр Джордж.

— Меня усадили в угол, — заметил сэр Джордж Смитам, которые несогласно загудели.

— Хорошо, спасибо, — сказал Фокс. — А справа, сэр?

— О, — сэр Джордж махнул рукой. — Мой брат. Мой брат с женой. Да… Необычайное стечение обстоятельств. — И видимо считая нужным как-то пояснить, обратился к остальным гостям. Мой брат — полицейский. Смешно, верно?

— Он исключительный полицейский, — пробормотал сэр Джон Смит, на что сэр Джордж ответил:

— Ох, вы правы, вы правы! Мне не пристало об этом говорить, но так и есть! — Добродушно ухмыльнувшись, он умолк.

— Так, — протянул Фокс, глядя в свои пометки. — И ещe четверо гостей, которые уже ушли. Спасибо, сэр. — Он взглянул на свидетелей сквозь очки. — Теперь мы переходим к самому инциденту. Раздался выстрел из пистолета или какого-то иного огнестрельного оружия. Свет в павильоне погас. Кроме дам и президента все вскочили. Что вы при этом делали?

— Что вы имеете в виду? — спросил сэр Джон Смит.

— Ну, например, не пытались вы выйти в сад, чтобы выяснить, что происходит?

— Если говорить о себе, — сказал сэр Джордж, — то я остался на месте. И наблюдал признаки… гм… возбуждения и неконтролируемых передвижений. Такие вещи нужно подавлять в зародыше, если не хотите, чтобы возникла паника.

— И вы с ней справились? — спросил Фокс.

— Ну… не могу утверждать, что это удалось полностью. Человек делает то, что в его силах. Я что-то сказал. Совершенно спокойно.

— Если признаки паники и появились, — сухо заметил сэр Джон Смит, — за ними ничего не последовало.

— Не последовало, — повторил мистер Фокс. — А когда вы предостерегали других, сэр, вы смотрели внутрь? Стоя спиной к саду?

— Да. Да, я глядел внутрь, — подтвердил сэр Джордж.

— И не заметили ничего необычного?

— Я вообще ничего не видел. Меня ослепил резкий свет, который падал на экран и освещал солиста.

— Этот свет не проникал в павильон?