Схватила телефон с прикроватной тумбочки. Твою мать, твою мать! Быстрее! Быстрее! Тыкала непослушными пальцами в экран смартфона.

Шах и мат. Телефон вывалился из рук. Впавший на несколько секунд в анабиоз мозг начал работать с удвоенной скоростью, воссоздавая потерянные из памяти куски воспоминаний.

Ну как у меня могло вылететь из головы ТАКОЕ?! Мой практически оголенный лобок, с моей же подачи теперь участвующий в конкурсе любимок?! КАК?

Нащупала в складках одеяла телефон и еще раз посмотрела на выставленное мною фото. Чёрт, чёрт, чёрт!

Идиотка пьяная! Дура безмозглая! Кретинка чокнутая! О-о-о-о-о-о…

Упала на спину, больно ударившись головой о спинку кровати. Так тебе и надо! Мало еще! Хорошо бы треснуть по твоей пустой башке так, чтобы искры из глаз полетели.

В панике вскочила с кровати и закружила по спальне, как заведенная. Что делать-то? Что-о-о?

Через пять минут неимоверным усилием воли взяла себя в руки и попыталась мыслить логически. Так. Фото отправлено в пятницу и без обращения к системщикам удалить его нет никакой возможности. Да и делать я этого точно не буду. Как я к ним приду? «Уберите мой лобок в перьях, пожалуйста»? Посмотрели фотку если уже не все, то многие. В конкурсе данное ню будет вряд ли участвовать, потому что однозначно нарушает правило номер два: «Интимные части тела размещать строго запрещено, как бы красивы и привлекательны они не были». Стоп! А кто будет проверять фотки на соответствие данному критерию? Да и в целом всем остальным? Ветров? Наверняка, кто же еще! А-а-а, идиотка! Хотя бы под другим ником зарегистрировалось, что ли, если уж так приспичило лобки демонстрировать, окончательно растеряв все нравственные устои!

В результате логического штурма поняла, что ситуация сложилась безвыходная и совершенно тупиковая.

Спустя два часа полностью опустошенная и морально, и физически, после двадцати капель корвалола, десятка таблеток валерианки и трех рюмок коньяка завалилась на кровать. Сил больше не было. Перед тем, как провалиться в спасительный сон, удалила чат на смартфоне. А вдруг к утру все само собой рассосется…

Полдня я отсыпался после бессонной ночи, проведенной в “Капризе”, а ближе к вечеру позвонил отец и пригласил попариться в баньке. Сначала отнекивался, настроение было отвратительное, но, узнав, что он позвал и Олега «смыть с себя младенческую присыпку», решил присоединиться к ним, чтобы хоть чуть-чуть отвлечься от разъедающих мозг токсичных мыслей о Кэт.

Но куда там! Они преследовали меня с того момента, как я проснулся, и отделаться от них было не так просто.

Я допивал уже третью чашку кофе, когда Кэт появилась в зале. Внимательно всмотрелся в ее лицо, стараясь уловить настроение. Внешне она была спокойна, но первые же ее слова отбросили нас обратно, во вчерашнее утро, когда она недовольно кривилась, общаясь со мной на совещании. В итоге разругались с ней в пух и прах, и я ушел, бросив ее одну у «Каприза».

«Перепихнулись один раз по пьяни, и все дела». Она била больно. Так больно, что искры летели из глаз. Я чувствовал себя использованным, и это, мягко скажем, была нестандартная для меня ситуация. Понял, что теряю контроль и принял решение уйти, иначе бы просто свернул ее тонкую шейку. Ладно, черт с ней! Пусть придет в себя для начала, а после еще поговорим.

Вот же гадство! Всегда считал себя по жизни везунчиком. Мне все давалось если не играючи, то довольно легко. И вот, по-видимому, настал мой час расплаты. Ну что ж, придется бороться. Сдаваться я точно не собирался.

Заехал в магазин набрать чего-нибудь вкусненького. Проходя мимо отдела с выставленным на полках алкоголем застыл, приклеившись взглядом к бутылке текилы. Искушение плюнуть на все и забыться вместе с этой бутылкой было не шуточное, но, взяв себя в руки, прошел дальше, в том числе и мимо безалкогольного пива.

Позже, напарившись, сидя на крыльце, мы пыхтели сигарами под мятный чай. Красотища. Олег рассказывал про дом, в котором полным ходом шёл ремонт, про Еву, которая целиком захватила внимание матери.

— Потерпи, — давал советы отец, — скоро и тебе достанется, дай ей только на ножки встать.

Слушая отцовские истории о моем младенчестве, почувствовал, что мне всё-таки удалось расслабиться и на время забыть о Кэт. Но вот рассказы закончены, Смолин отсмеялся, и отец наступил мне на больную мозоль, заговорив о ней.

— Что на самом деле у вас с Катей происходит, расскажешь?

И оба повернули головы в мою сторону, внимательно ожидая ответа.

— Сложно всё.

— Почему?

Пожал плечами, затягиваясь и выпуская вверх длинную струйку дыма. Они терпеливо молчали.

— Она не доверяет мне. Считает, что верность и я понятия несовместимые.

— Да-а, не в бровь, а в глаз, — прокомментировал Смолин.

— Что, и повод был? — нахмурился отец.

— Был. Правда, давно. Вы тоже так считаете?

— Не знаю, сынок. Кто из нас не безгрешен. Я и сам оступался пару раз…

— Пару?

— Да какое это имеет значение. Когда встречаешь свою женщину в ранней юности, толком не нагулявшись, всякое бывает. Но ты-то уже взрослый мужик и можешь контролировать свои желания и поступки.

— Могу. Но как ей доказать это, не знаю.

— Поведением. Повода не давай, — посоветовал Смолин и тоже затянулся сигарой, медленно выпуская еле различимые в сгущающихся сумерках белые облачка.

— Тоже мне умник! Помнится, недавно у самого были те же проблемы. Вот тут-то как раз пока полная жопа. — Я в раздражении провел рукой по влажным волосам. — Они без меня находятся, эти чёртовы поводы!