— Я разберусь с этим сегодня вечером.

— Крайний срок — семь вечера.

— Хорошо. — Я почувствовал похлопывание по спине, и Фин уставился на меня снизу вверх, прежде чем врезать мне по яйцам.

— Иди сюда, маленький засранец. — Я схватил его за капюшон толстовки и подвесил в воздухе перед собой. Его глаза были налиты кровью, а из носа все еще текли сопли. — Какого черта?

Он извивался, пока окончательно не сдался, понимая, что это бесполезно.

— Останови ее, как ты всегда делаешь, или я больше никогда не буду с тобой разговаривать.

— Фин, — Тесс покачала головой, — это решать не ему.

— Черта с два! — воскликнули мы оба в унисон.

— Господи Иисусе, он твоя чертова мини-версия. — Брик вскинул руки вверх. — Я не уверен, что готов к этому.

Я проигнорировал комментарий Брика и сердито посмотрел на своего племянника.

— Если хочешь наносить удары, хотя бы сначала научись этому. Встретимся на ринге через двадцать минут.

Его глаза загорелись, и я поставил его на ноги и стал наблюдать, как он торопливо идет по коридору. Приятно было видеть, что маленькому засранцу стало лучше. Я повернулся, чтобы разобраться с Тесс.

— Куда, черт возьми, ты собралась? — Тесс начала собираться быстрее, запихивая свою одежду в сумку.

— Поеду в гости к Вен и ее брату. Передохнуть.

Я закрыл за собой дверь, затем развернул Тесс и обхватил ее лицо, чтобы она посмотрела на меня.

Скажи это.

Черт возьми, просто скажи!

Нолан появился из ниоткуда.

— Я доверяю тебе, Тесс, больше, чем остальным здесь. Ты не раз доказывала свою преданность, но это… — Мои пальцы нашли ее руку и подняли, чтобы показать ей. — Это невероятно. — Я прижался своим лбом к ее и вдохнул аромат Тесс. Ее тело заставило меня почувствовать себя живым впервые… за всю жизнь. О, черт.

Скажи это.

Все мое тело вибрировало. Правда заставила меня почувствовать себя слабым и уязвимым, но, черт возьми, она не могла уйти.

— Не уходи.

Я почувствовал, как поднялись и опустились ее плечи, прежде чем она наклонилась вперед на цыпочках и нежно поцеловала меня в щеку.

— Я останусь, но при одном условии.

Я поднял бровь, любопытствуя, какое условие она предложит.

— Отчего этот ключ?

О, черт. Она уже знает, просто не помнит.

— Выбери что-нибудь другое.

Она пристально посмотрела на меня, но как только я подумал, что она собирается снова начать собираться, увидел знакомое мрачное выражение, промелькнувшее в ее сексуальном взгляде.

— Поцелуй меня вот сюда. — Она указала на свою щеку.

Я чуть не рассмеялся, но не стал колебаться. Мои губы коснулись ее щеки.

— Теперь сюда. — Она провела пальцем по подбородку. Я повиновался, думая, что мне достался лучший исход этой сделки. — Сюда. — Она указала на место на шее. — Здесь. — На свою ключицу.

Мне стало тесно в джинсах, когда я целовал каждое местечко, которое она хотела.

— Сюда. — Она указала на свою грудь. — И здесь. — Она коснулась пальцем прямо между грудей.

Мое тело сразу отреагировало, когда ее аромат проник в мои вкусовые рецепторы и начало сводить меня с ума. Я окинул взглядом ее позвоночник, снова посасывая ее шею. Втянул ее кожу и слегка задел по ней зубами. Потерянный. Я полностью потерялся в этом моменте, желая попробовать другие части ее тела, когда она высвободилась из моих объятий и прижала мои руки к бокам.

— Я распакую вещи.

— Это может подождать. — Я схватился ее, но она с ухмылкой ткнула пальцем мне в лицо.

— Уговор был такой: ты целуешь меня там, где я говорю. Я не просила ни о чем другом.

Я двинулся, чтобы встать перед ней, но ее руки упали мне на грудь.

— Мне нравится твоя альфа-натура, Триггер. Это не секрет. — Она прикусила губу, уставившись на свои руки, лежащие у меня на груди. Я был уверен, что она чувствует мою потребность в ней. Моя кровь кричала ее имя.

— Но тебе нужно перестать нужно перестать упрекать меня в чем-то или принимать как должное. Так что, с этого момента, когда произойдет что-то подобное, ты не сможешь ко мне прикоснуться, пока я не скажу иначе.

Ха!

Я снова потянулся к ней, но она схватила меня за руки.

— И, если я тебе вообще не безразлична, — она изучала меня, ища хоть какие-то чувства, — ты будешь уважать меня настолько, чтобы не переступать эту черту. Если нет, тогда возьми меня. — Она отступила и раскрыла объятия.