Он посмотрел на меня, пока я пристегивала ремень безопасности.

— Мы найдем ее.

Все, что я могла сделать, — это кивнуть и сдержать всхлип.

Мы с Ридом медленно обследовали окрестности, оба высунули головы в окна, грузовик полз со скоростью едва ли пять миль в час. Мы звали ее. Мы щурились сквозь снег, отчаянно пытаясь уловить проблеск золотистого меха. Через десять минут мы подъехали к парку, который находился в нескольких минутах ходьбы от дома, — ее любимое место, где она гонялась за белками и резиновыми мячиками.

Как только Рид припарковался, я отстегнула ремень и выскочила из машины.

— Галлея! — крикнул он, мое имя сопровождалось разочарованным ругательством.

Я слышала, как он звал меня, когда я бежала на полной скорости через детскую площадку.

— Кажется, она здесь! — крикнула я через плечо, и мои слова унес ветер.

Его рука обвилась вокруг моего объемного пуховика и остановила, развернув меня лицом к себе.

— Эй. Переведи дух.

Я судорожно закивала, в моих глазах была паника.

— Держи себя в руках, хорошо? Она не могла уйти далеко. Мы найдем ее.

Снежинки падали на его темные волосы. Он прижимал меня к себе крепко, успокаивающе, его глаза светились уверенностью.

Я взяла себя в руки и решительно кивнула.

— Хорошо, — сказала я. — Я в порядке.

Он отпустил меня, и мы зашагали по щепкам, скрытым под толщей снега. Мой взгляд метался по пустому парку, Рид пошел в противоположном направлении, и мы оба выкрикивали ее имя. Прошло несколько минут, и мой ужас вернулся, снова сжимая мою грудь.

Ее здесь не было.

Солнце скоро сядет, станет темно.

Рид вернулся ко мне, мы были в центре парка, безнадежность снова охватила меня.

— Ее здесь нет, — сказала я ему.

Его глаза потускнели, когда мы пошли обратно к грузовику.

— Значит, будем искать дальше.

Мы ехали почти час.

Останавливались, искали, садились обратно, ехали еще. Мы промерзли до костей, промокли насквозь и потерпели поражение. Все, о чем я могла думать, — это выражение лица Тары и ужас в глазах Уитни, когда я скажу им, что потеряла их собаку.

Мне доверили только одно.

Позаботиться о Божьей коровке.

И я не справилась.

Она могла быть где угодно — лежать на обочине дороги, сбитая машиной. Заблудиться в лесу, ища укрытия от снега. Ее мог найти сосед или добрый самаритянин, но возможности были безграничны, а учитывая погодные условия… мрачны.

По мере того как небо темнело, становясь угольно-серым, менялось и мое настроение. Я сняла перчатки и шапку и бросила их на колени, запустив пальцы в спутанные волосы и тщетно пытаясь избежать нервного срыва. Мы были уже ближе к квартире Рида, в нескольких милях от дома Стивенсов, а снег все не прекращался. На дороге было небезопасно.

Из груди вырвалось страдальческое всхлипывание.

— Галлея… — Рид сидел рядом со мной, крепко сжав пальцы на руле, его взгляд метался между мной и лобовым стеклом. — Комета, эй. Все будет в порядке.

— Я подвела их, — пробормотала я сдавленным голосом. — Я потеряла их собаку. После всего, что они для меня сделали, я потеряла одного из членов их семьи.

Он помолчал немного.

— Это не твоя вина.

— Это моя вина. Я должна была проверить забор, прежде чем выпускать ее на улицу.

— Это случайность.

Я покачала головой, отвергая его слова, и сосредоточила свое внимание на окне, по которому ветер продолжал бить косыми порывами снега.

— Я остановлюсь ненадолго, — сказал он мне после нескольких напряженных секунд молчания. — Я вижу отпечатки животного на снегу. Возможно, это лиса или что-то в этом роде, но стоит проверить.

Когда грузовик медленно остановился, я проследила за его взглядом и заметила след, размером похожий на собачий, который вел к крутому оврагу.

— Я пойду с тобой.

Он оставил ключи в замке зажигания и перевел рычаг переключения передач в положение парковки.

— Нет. Жди здесь.

Черт возьми.

— Рид…

Дверь захлопнулась. У меня перехватило дыхание от волнения, когда я смотрела, как он идет по обочине пустой дороги, освещенной одиноким уличным фонарем и последними лучами дневного света.

Мои ноги нервно барабанили по коврику машины, зубы стучали.

Его очертания растворились в метели, скрыв его из виду.