Змееходка в ответ издала шелестящее шипение, что на её языке, наверное, означало согласие. По крайней мере, Аня на это очень надеялась. Лета обошла свою питомицу сбоку и прикрепила ей на спину конструкцию, напоминающую старый потёртый коврик с двумя кожаными сёдлами – точнёхонько между небольших бугорков над ластовидными ногами.

– А оно не свалится? – усомнилась Аня, кивнув на седло.

– Нет! – махнула Лета. – Те-ранги изобрели его уже давно – говорят, даже до исчезновения Виды. Но теперь очень пригодилось. Ездим – не нарадуемся. И змееходкам хорошо, удобно. Давай свою сумку.

По обеим сторонам «седла» появилась притороченная поклажа.

Пора было садиться и отправляться, но Аня медлила – она не особенно боялась змей, но испытывала к ним некоторое недоверие и неприязнь.

– Всё ещё боишься? – озадаченно спросила Лета.

Моату повернулась к новой наезднице и вновь зашипела.

– А она… не укусит?

– Ну, если только ты превратишься в песчаную мышку, – хихикнула хозяйка змееходки.

Сама Лета удобно устроилась на переднем седле, поставив голые широкие ступни на приступочки, напоминающие то ли стремена, то ли ступеньки лесенки. Аня искала повод хоть немного оттянуть поездку на непривычном и пугающем транспорте, но тут её спас уже знакомый холод в кармане.

Сашка!

Ой, она же совсем забыла и о нём, и о своём обещании Тофе. На минуту в душе поднялось мрачное злорадство: а вот нечего было там! Хотя что именно «там», злорадство не уточнило, и девочка, извинившись перед новой знакомой, достала из кармана зеркальце. Тут скрывать его не имело смысла, но Аня почему-то предпочла отвернуться от Леты.

На гладкой поверхности стекла резко обозначились черты Никонова, который был до странного бледен и, похоже, зол. Но вместо него заговорила Тофа, повернув зеркало к себе:

– Аня, где ты? Что случилось?! Я не нахожу себе места! Ты не вышла на связь, когда обещала, и мы долго не могли до тебя… докричаться. Я уж думала…

– Святая, какого фига?! – вернул себе зеркало Сашка. – Я тут голос сорвал, и Тофа чуть не в обмороке. Даже Фир припёрся!

– Ой, простите… – краснея, пробормотала Аня. За спинами друзей она и правда рассмотрела безмятежно сидящего на Сашкиной кровати Фира. Похоже, форситу было всё равно, в отличие от сестры и Никонова. – Просто тут мир погибает, и меня позвали… ну… надо Сердце их найти…

– А предупредить слабо, да?! – ярился разобиженный Сашка.

– Аня, мы ведь очень переживали, – мягко укорила Тофа. – Если отец в вашем мире – может случиться что угодно…

– Привет, друзья Собирательницы! – весело произнесла из-за плеча пристыженной Ани Лета.

Оказалось, жительница Виды уже некоторое время стояла за спиной Ани и беззастенчиво наблюдала за её диалогом с друзьями. Повисла неловкая пауза, которую Лета с радостью заполнила:

– Я Лета. Дочь вождя те-ранги и внучка Привратницы Терады. Я с радостью буду сопровождать Собирательницу Аню, чтобы добраться к нашей Виде. – И затараторила, обращаясь уже Ане: – Какие у тебя интересные друзья! Почему на них так много всякой одежды? Хотя она красивая.

Аня поняла, что если её не остановить, то раздражение форситов на том конце зеркала станет ещё больше, поэтому перебила юную те-ранги:

– Э-э-э… Тофа, Саша, это Лета. Она будет моей проводницей по миру Виды.

– А почему они так малы? – спросила вдруг Лета. – Они же совсем как настоящие. И двигаются, и говорят…

Она неожиданно протянула руку к стеклу, и Аню аж пробрал озноб:

– Нет, стой! – Она не догадалась отдёрнуть руку с зеркалом, зато другой, оттолкнув ладонь те-ранги, почувствовала, что пальцы погружаются в зеркальную поверхность, как в холодную воду. И даже касаются чего-то ещё. Чего-то тёплого и знакомого на ощупь… Чьи-то пальцы?!

– Эй! – Сашка отдёрнул руку одновременно с Аней. – Это что?

– Это… кажется, я только что до тебя дотронулась… – потрясённо произнесла Аня.

– Из другого мира?! Даже не с Перекрёстка?! – округлил глаза Никонов. – Это же нереально! Ну, написано в этом… труде Гарта… на «С» как-то…

– Сероликого, неуч, – незло подшутил над однокашником Фир, поднявшись с дивана. – Но Сандер прав. Ты не можешь попадать из одного магического мира в другой напрямик. Только через Перекрёсток, но ведь ты сейчас не там, правильно?

Аня помотала головой.

Лета приплясывала рядом от нетерпения. Сумерки сгущались, и лишь магическая природа зеркала позволяла видеть друзей без особенного напряжения.

– Видимо, тут что-то не так… – пробормотал Фир.

– Ну-ка, попробуй ещё раз! – перебила вдруг брата молчавшая до сих пор Тофа.

– Подождите…

Но было уже поздно. Аня, повинуясь предложению подруги и собственному порыву, сунула в зеркало всю пятерню и… ухватила Сашку, стоявшего ближе других, за худое запястье в чёрной манжете.