Аду не держали ноги и я подхватив ее на руки, двинулся в душ. Через час мы вышли счастливые и вкусно пахнущие и уселись на диванчике, наблюдая как спит мелкий. Аделинка уже дремала на моем плече, когда зазвонил мой телефон. Номер Миши. С замиранием сердца я ответил.

– Карим, брат. – всхлипывая произнес зять. У меня душа от страха в пятки ушла.

– Карим, ты слышишь?

– Да… - осипшим голосом сказал я.

– Я стал отцом. Я отец…. Карим, я отец!

Я молчал переваривая.

– Брат, у нас Виктория и Дарина. Представляешь две дочки.

– В смысле? Как две?

– Сами в шоке и ничего не понимаем, но теперь наша жизнь изменится. Можно попросить тебя привезти завтра сюда Деймона, Ари себе места не находит из-за беспокойства о сыне.

– Передай ей, пусть заботится о дочках, а сын в надежных дядиных руках. Брат, поздравляю. Передай сестре, что я их люблю. – И я скинул звонок, пытаясь осознать, что у меня теперь аж две племянницы. А имена какие красивые выбрали.

Ада была не меньше рада чем я, и обещала что в больницу мы поедем вместе.

****

Деймон встретился с мамой громко плача. Он так отчаянно потянулся в Авроре, что нельзя было даже подумать что она не его родная мать. В палату мы зашли с Адой держась за руки. И если честно мы бы это даже не заметили, если бы не красноречивый взгляд сестры. Рано или поздно мне придется с ней поговорить.

*****

Через неделю выписали Аврору с девочками. Они были просто ангелами, ну мне так казалось. Но синяки под глазами сестры говорили, что Ари не так легко дается материнство. Я обещал приезжать помогать по любому зову.

Ада пригласила Аврору и Мишу на свадьбу, чем несказанно удивила мою сестру. Я понял что оттягивать разговор уже некуда. Вечером я появился у них на пороге обнимая бутылку вискаря для нас с Мишей и сок для сестры. Исповедь это дело тяжелое и без пятидесяти грамм не разберешься. Сестра самый важный для меня человек, и я был уверен что она меня поймет, пусть и даст люлей за мои тупые поступки.

Сидя позже на кухне в компании Миши и Авроры, я не мог начать разговор. Бутылка подходила к концу, а у меня храбрости так и не появилось.

– Карим, если не хочешь ни говори ничего, придет время объяснишь. Я вижу насколько ты загружен, и могу только предполагать о причине твоего беспокойства.

– Ты права. Я в ахуе от того что натворил. И помнишь ты просила не реагировать остро, так вот могу я о том же попросить? – Я невесело улыбнулся, чувствуя как внутри нарастает чувство вины.

– Карим, я всегда буду на твоей стороне.

– Сомневаюсь…. – и я выложил ей всю свою историю, буквально на одном дыхании.

Закончив я ждал, что она что-то скажет. Но ее опередил Миша.

– Брат, главное ты ей не врал. Ты был рядом, а не сбегал от своих чувств. Ты поступал как любящий мужчина и я уважаю тебя за это.

– Карим, сказать честно, я ожидала какого-то такого разговора. Было видно, что между вами что-то происходит. Но на твоем месте я бы тысячу раз подумала перед тем как вмешиваться. Ее отец реальный отморозок, и устроить тебе проблемы для него как плюнуть, он способен и на более страшные вещи. Но если ты решишь вмешаться мы будем рядом, да, любимый? – Она с теплотой посмотрела на мужа и у меня сжалось сердце от этой картины. Я завидовал их счастью, конечно, белой завистью, но все же.

– Ари, я не буду вмешиваться. Она меня просит отпустить и я отпущу. Я ее люблю и сделаю это ради нее.

Мне реально полегчало, я наконец-то поделился с кем то моими переживаниями и меня поняли. Вот бы отец Аделины был бы таким же понимающим.

*******

До свадьбы с Аделиной мы больше не виделись. Время пролетело незаметно, я разрывался между спортзалом, соревнованиями и племянником. Я чертовски привязался к этому засранцу и часто приезжал и забирал к нам, давая Ари возможность отдохнуть. На удивление отец принял Деймона как родного, и часто проводил с ним время. Он не пил почти год и даже стал похож на человека, по крайней мере поводов его прибить было мало. Мелкий начал выговаривать многие слова и на вопрос как его зовут, говорил «Дёма».

Это прозвище всем зашло в душу и потихоньку мы стали его так называть, только Миша звал его полным именем.

«Когда даешь себя приручить, потом случается и плакать». Антуан де Сент-Экзюпери «Маленький принц»

Завтра эта гребаная свадьба и я совершенно не был к ней готов. Ари переживала, что бы я не натворил чего-то, а я переживал что просто не выдержу этой пытки.