Внезапное отчаяние заставило его решиться. Благоразумие отступило на задний план.

Он схватил с земли бревно и приблизился к собаке. Лицо его в этот момент выражало боль, но сильные руки не выпускали бревна. Колченогая Динго выжидательно смотрела на него, совсем распластавшись на земле, в горящих глазах ее было отчаяние. До сих пор она молча щерилась, теперь вызывающе зарычала. Тим замахнулся бревном, чтобы ударить ее. Динго прыгнула из последних сил, потянув за собой обе цепи, и удар, который он нанес ей по виску, толкнул ее в сторону, а натянувшиеся цепи сковали прыжок. Закинув голову, она повалилась на бок, лапы ее задергались в предсмертных судорогах.

Тим снова ударил ее, уже не со злостью, а с отчаянием, а затем повернулся и пошел к лошади. Он вдруг почувствовал себя старым и измученным и с трудом переставлял ноги. Прислонившись головой к седлу, он жадно глотал воздух, пока не прошло гнетущее чувство вины за содеянное преступление. Тим снова выпрямился.

Он вернулся к распростертому на земле телу Колченогой Динго и высвободил лапы, зажатые капканом. Оттянул тело в сторону - голова собаки беспомощно запрыгала по камням. Даже мертвая, она продолжала вызывающе скалиться. Стертые клыки обнажились в последней страшной гримасе. Тим отвел глаза в сторону.

Наконец он решился. Он похоронит ее в зарослях травы и сделает это с той же тщательностью, с какой ставил свои капканы.

Трава качалась под ветром над ее могилой, а овечья тропа выглядела точно так же, как прежде - до того, как он принес сюда смерть. Тени облаков плыли по склонам гор, напоминая следы Колченогой Динго, а в небе кружил горный орел.

Он выбрал неплохое место для ее могилы,